Пожнешь бурю

Три дня назад лорд Монтегю запретил девушке пользоваться каретой и, можно сказать, посадил ее под домашний арест после того, как узнал о попытке одолжить денег у проникшегося к ней симпатией слуги, который не смог устоять перед умоляющим взглядом прекрасных темно-синих глаз. Несчастный юноша был тут же уволен, и никакие просьбы Мереуин не поколебали бессердечного маркиза.

Девушка обернулась к робко стоящей в дверях гостиной горничной, держащей в руках шелковое голубое платье отделанное золотыми лентами и шитьем. Мереуин обомлела, не в силах поверить, что эта прелесть предназначена для нее.

"– Наверное, нет необходимости так наряжаться для того, чтобы пообедать внизу в одиночестве, – вздохнула она, положила перо, подошла к зардевшейся девушке и задумчиво взяла у нее платье. – Его светлость не собирается присоединиться ко мне за обедом?

– Нет, мисс. Он сказал, это для бала.

– Для бала? – повторила Мереуин, и сердце у нее замерло. – Для какого бала?

– У леди Хамфрис, мисс.

Это имя ничего не говорило Мереуин, но намерения маркиза были совершенно очевидны. Разумеется, он собрался унизить ее, вытащив на люди в качестве своего последнего любовного увлечения.

Она сунула прекрасное платье в руки горничной и коротко объявила:

– Я ни на какие балы не езжу, и можете передать маркизу, что я не намерена принимать эту… эту вещь!

– Именно этого я и ожидал, – изрек маркиз, который шагнул в комнату и встал во весь свой огромный рост перед возмущенной золотоволосой девушкой и похожей на мышку маленькой горничной, затрясшейся от страха при виде рассерженного хозяина. – Можете идти, Бетси, – равнодушно бросил он, и обрадованная девушка, торопливо присев, исчезла.

– Я не поеду, – повторила Мереуин, собираясь с силами для битвы, которая непременно должна была за этим последовать. Запрокинув голову, чтобы смотреть прямо ему в лицо, она испугалась не меньше Бетси, заметив грозно сдвинутые брови, и удивилась, когда он, вместо того чтобы ругаться, устало вздохнул.

– Кажется, вам доставляет удовольствие быть со мной на ножах, Мереуин.

– И я не отступлюсь до тех пор, пока вы будете принуждать меня. Вам, черт возьми, превосходно известно, что подумают обо мне люди, если я появлюсь в доме леди Хамфрис в вашем сопровождении!

– Странно, что вас вдруг стало беспокоить соблюдение, приличий! – угрюма буркнул он, задумчиво глядя на платье, которое Бетси оставила у него в руках, – Раньше, помнится, вы не слишком заботились о таких мелочах.

– Не поеду, – упрямо повторила девушка, стоически выдерживая взгляд серых глаз.

Он схватил ее за плечо и больно стиснул:

– Поедете, Мереуин, или я вас поволоку. На сей раз вы научитесь послушанию.