Пожнешь бурю

Хотя Мереуин изо всех сил старалась не набрасываться на еду, как голодная волчица, но ничего не могла с собой поделать, и капитан Кинкейд усмехался про себя, наблюдая за изголодавшейся девушкой, с одобрением рассматривая порозовевшие щеки и большие синие глаза, в глубине которых отражался льющийся из иллюминаторов за его спиной солнечный свет, зажигая в их глубине золотые искры. Густые черные ресницы делали их еще больше.

Да, цена, в самом деле, должна быть достойной, подумал капитан Кинкейд, не в силах сдержать свою радость, и решил присмотреть, чтобы девушку хорошо кормили, иначе она может потерять товарный вид.

– Еще вина? – любезно предложил он, видя, что бокал опустел.

– Нет, спасибо, – ответила она с мягким горским акцентом.

Теперь, когда из ее глаз ушло страдальческое выражение смертельно голодного человека, он заметил в них подозрительность и нарастающее опасение.

Кинкейд отломил себе другую ножку и предложил ей пирожок, который она также отвергла.

– Наелись, я вижу, – заметил он, кладя пирожок обратно на блюдо. – Теперь можно и поговорить.

– Я хотела бы знать, где нахожусь, кто вы такой и куда вы меня везете, – немедленно начала Мереуин, пытаясь говорить спокойно, хотя губы ее дрожали.

– Прошу вас, прошу вас, мисс Макэйлис, – взмолился он, воздев руки, – не все сразу. Я Льюис Кинкейд, капитан «Горянки», а направляемся мы в Уилмингтон, в Северную Каролину.

– Вы хотите сказать, в колонии? – прошептала девушка, и румянец, появившийся на ее щеках от выпитого вина, слинял до белизны.

– Разумеется, Вы разве знаете еще какую-нибудь Северную Каролину?

– Но я не понимаю, – запротестовала она, – и потемневшие раскосые глаза подсказали ему, какое смятение охватило ее душу. – Зачем вы везете меня туда? И кто вы такой?

– Я уже сказал, кто я такой, – с улыбкой напомнил он. – «Горянка» – торговое судно. Мы занимаемся экспортом из Нового Света товаров: сахара, патоки, табака, рома – всего, что можно найти и загрузить в наши трюмы. На обратном пути из Англии везем пассажиров, главным образом набранных по контракту работников. Вам известно, кто это такие?

– Не совсем, – в замешательстве пробормотала Мереуин, растирая ноющие виски. – Они, собственно, ничем не лучше рабов… Люди, имеющие долги или попавшие в тюрьму, которые не в состоянии обрести свободу иначе, как дав письменное согласие отработать какой-то срок на купившего их хозяина.

– Великолепное объяснение для того, кому это не совсем известно, – похвалил капитан Кинкейд, поднимая бокал, словно провозглашал тост в ее честь.

– А при чем тут я?

– Дорогая моя мисс Макэйлис, вы сами ответили на свой вопрос.

– Я н-не понимаю…

– Да бросьте, вы же такая умная девушка! Подумайте минутку.