Предатель. Мы больше не вдвоем

Мог бы и помочь?

– Что я должен сделать? Забросить бизнес или, может, взять малышку с собой в офис? – от непонимания начинал заводиться, чувствуя, как кровь приливала к лицу и внутри все закипало.

– Отличная идея, Демин! Возьми! Или найду новую няньку, черт тебя дери!

– Ты не можешь потерпеть, пока выйдет наша? Ребенку нужна мать!

– Да, конечно! Ребенку плевать, лишь бы кормили и сопли подтирали. Она еще ничего все равно не понимает.

– У меня больше нет сил, – готов был взреветь, как дикий зверь, – заметь, я даже уже не стараюсь тебя понять, точнее, причину. Что это? Послеродовая депрессия, которая затянулась?

– Да я устала от быта. Я хочу выходить в свет, красиво одеваться, общаться с людьми не о подгузниках! – всплеснула Айза руками. – Ты обещал, что когда родиться ребенок, будешь помогать!

– Я и делаю, – выпалил, но тут же взял себя в руки, постарался, по крайней мере, – ладно. Я устал, пойду ложиться.

– Иди! – заявила она нервно. – Я тоже пойду… развлекаться!

– Что? – не поверил ушам.

В смысле? Пойдет она на ночь глядя куда?!

Айза, похоже, задалась целью – вывести меня из себя и пока в этом благополучно преуспевала.

– Что слышал, Демин! Ты развлекся? Теперь настала моя очередь. Или ты забыл, что вскоре прием? Мы приглашены. Так напомню, на кону немалые деньги и я собираюсь крупно вложиться с твоей помощью.

– Черт, – прошипел, действительно припоминая, что банкет был на горизонте.

Совершенно вылетело из головы, а теперь злился еще и на это. Как все не вовремя, точно назло.

– Мне надо привести себя в порядок. Хочу блистать! Ко мне сейчас приедет швея и маникюрщица. Я ведь не смогла попасть к ним днем из-за девчонки.

– Из-за нашей дочери, – поправил я жену.

– Да плевать. Не смогла! – отмахнулась она, принявшись спускаться. – Если разревется ночью, встань и проверь. Я буду занята.

– Хорошо, – кивнул я, направляясь в комнату.

Душ и сон. Вот и все, что мне было необходимо сейчас. Только места себе не находил, что-то внутри не желало успокаиваться. Я будто предчувствовал перемены и не мог быть уверен, что они будут приятными.

Еще этот проклятый прием. Терпеть подобные мероприятия не мог, считая пустой тратой времени. Куча народа, пресса, которая едва на голову лезла ради снимков, к тому же уйма лиц, которых я недолюбливал и, скорее всего, это было взаимно.

До появления дочери я легко переключался с рабочих на личные вопросы, а сейчас словно заклинило. Не выходило отодвинуть все в сторону, сосредоточившись на делах. Я постоянно возвращался к семье, понимая, что лодка, кажется, шла упрямо ко дну и, наверное, требовалось спасать все. Только вот, как оказалось, это нужно было мне одному…

Глава 9.

Мне не понравилось и то, что говорил Клим, и то, что требовалось от меня сделать.