Прелестная дикарка

Блейк подробно вспомнил нападение и медленно произнес:

— Я как раз вышел к озеру, чтобы удостовериться, что девушки не намереваются в очередной раз сбежать. Это случилось в тот самый момент, когда я вышел из-за деревьев.

— Значит, ты тоже там был. И это вполне могли быть люди Гринвелда, посланные за тобой.

Блейк покачал головой.

— Но Гринвелд — англичанин, а эти воины были в килтах.

— Килты достаточно легко найти. А умный англичанин предпочтет переодеть своих людей, особенно небольшую группу, если хочет, чтобы они путешествовали по нашей стране без неприятностей.

Английское платье — достаточно веская причина, чтобы остановить их и выяснить, кто они такие.

Блейк задумался. Нападение произошло после того, как он вышел на берег. Вполне возможно, что они охотились за ним, а не за девушками. Если это люди Гринвелда, они вряд ли опасались женщин.

— Вы уверены, что это не Камероны? — спросил он. — Я не понимаю, почему Шинейд обманула нас. Я могу понять ее ложь, если бы это способствовало ее побегу, но солгать, чтобы ускорить возвращение сюда, когда она так сражается против нашей свадьбы? — Он опять покачал головой.

Ангус снова посмотрел на девушек, обдумывая вопрос Шеруэлла. Блейк проследил за его взглядом и увидел сестру Хелен и Элдру, сидевших рядом и что-то обсуждавших с очень серьезным видом.

— Кто она?

Блейк удивленно взглянул на лорда Данбара.

— Кого вы имеете в виду? Сестру Хелен?

— Да. Кто она такая и как оказалась вместе с вами? Блейк еще раз посмотрел на женщин и пожал плечами.

— Она… сестра Хелен. Шинейд сказала, что обещала проводить ее домой в Англию."

"— Куда в Англию?

Блейк удивленно уставился на Данбара:

— Не знаю.

Мне известно только, что она монахиня и покинула аббатство вместе с Шинейд и Элдрой.

— Так-так, — произнес Ангус и направился к столу. Блейк следил за ним какое-то время, но затем любопытство одержало верх и он последовал за своим будущим тестем.

Голова Шинейд кружилась от сведений, полученных от леди Уайлдвуд, когда дама провела ее обратно в кухню, а затем в общий зал. Сейчас Блейк и ее чувства по поводу их брака смущали ее даже больше, чем до разговора. Леди Уайлдвуд убедила ее, что в первый раз будет больно независимо от его размера, который, наоборот, девушка высоко оценит впоследствии.

А еще она заверила ее, основываясь на том, что слышала при дворе, что Блейк сможет наполнить эту часть брака незабываемым наслаждением. Затем шли пространные рассуждения о том, что он не забрал ее вовремя и именно это является причиной ее злости. Шинейд посчитала справедливым предложение леди забыть о своем гневе. Мать Иллианы нашла нужные слова и сумела доказать, что девушка не могла быть причиной чего бы то ни было, до тех пор пока они не познакомились лично.