Приказ – огонь на поражение

 – Я сказал – на пол оружие!

– Хорошо, мы сделаем всё, как ты скажешь. – Я повернулся спиной к кровати и аккуратно положил оружие на пол – Иванов с Васей повторили мой манёвр. – Только я тебя прошу – выключи пульт. Не дай бог, нажмёшь ненароком…

– Тэпэр сам лажис!

– Сначала – пульт. – Выравнивание позиций уже было бессмысленным – мы явно проигрывали, это я так, по инерции. – Будь мужчиной, делай всё как обещал. Мы ляжем, но ты выключи пульт.

– Я мужчина! Сказал – сдэлал. Лажис!

Мы легли, только Вася расположился чуть хитрее остальных, боком к кровати, головой к окну.

Пульт опять пискнул – в этот раз более приятно для слуха. Или просто так показалось. «Мужчина» ничего такого не обещал, но в горячке противостояния просто не обратил на это внимания. А вообще, сейчас это не имело никакого значения. Мы, ребята, попали по самое не горюй!

– Пульт дезактивирован! – голосом сапёрного робота продекламировал Вася. – Можно!

«К чему это он?» – не успел я удивиться странной фразе разведчика, как вдруг…

Дзинь-тресь-трах!!! – окно брызнуло во все стороны блескучим снопом осколков и фрагментов порушенной рамы, и хулигански плюнуло в комнату неким бугристым клубом камуфляжного окраса.

Я рефлекторно втянул голову в плечи и краем глаза отметил: клуб пушечным ядром просвистел над кроватью и рухнул в угол.

И оказалось, что это Женя Петрушин. А в руках у него… Угадайте с трёх раз – что? В руках у него был пульт!!!

– Это сильно, – уважительно сказал Вася Крюков, поднимаясь с пола и беря свой «вал». – Окно высоко, значит, старт с плеч товарища, неустойчиво, без разбега совсем. Пульт маленький, выхватить в полёте очень сложно. Это… это как в прыжке натянуть призёр на дряблый член… Или на бегу.

В общем, это сильно… Или это случайно?

– Не-а, не случайно. Просто тренироваться побольше надо, – окровавленный Петрушин выдернул из щеки особо крупный осколок, сунул пульт в карман и распорядился: – Серый – ствол!

– Щакалы! – Лицо обезоруженного Умара исказила плаксивая гримаса. – Щщака-а-аллы-ы!!!

Над порушенным окном возникла рука с «валом». Забрав оружие, Петрушин буркнул:

– Всё, уматываем. У нас там всё очень сложно…

…и, кивнув на мальчишку, деловито добавил:

– Пристрелить гадёныша?

– Вёл себя как мужчина, пусть живёт, – покачал головой Иванов.

 – И насколько у нас там сложно?

– Всё убьёт!!! – взрыднул Умар, размазывая слёзы здоровой рукой. – Саламбек башка ррэзат будит!!!

– Сложно до упора. – Петрушин хмыкнул. – На въезде в село присели четверо гранатомётчиков, их мы видели. «КамАЗы» пошли в обход, сейчас заблокируют основной выезд. Остальная публика разделилась на две части и перебежками перемещается по окраинам к выездам из переулков. Наверняка тоже есть гранатомёты.