Приговоренный к изгнанию

После обильного сытного ужина и пары кружек крепкого пива напряжение в мышцах сменилось приятной истомой натруженного тела, и Рик чувствовал себя расслабленным и ватным.

Но спать он собирался позже. А сейчас он с нетерпением ждал встречи с Ноксом: хотя рыцарь и взбесил его на вечерней тренировке, интерес к фамильному оружию у Рика только возрос.

Сунув руки в карманы, он прогулочным шагом вышел на плац, с наслаждением вдыхая влажный соленый воздух. Мимо него прошли водоносы с пустыми ведрами: в кухню нужно было натаскать воды для утренних забот. Ветер раздувал рукава рубахи и приятно освежал пригоревшее на сегодняшнем солнце лицо.

Свернув к домику алхимика, Рик спустился по дорожке вниз, к малому плацу. Нокса еще не было, и он, ожидая, сначала присел наземь у кромки тренировочной площадки, а потом и вовсе растянулся на траве, глядя в черное звездное небо.

С одной стороны, он прекрасно понимал, что нынешний император не виновен в том, что сделал его предок. По большому счету, Империум был пусть и не добр к своим гражданам, но и не был слишком уж жесток. В стране не велось никаких междоусобиц, не лютовал голод или болезни. И тем не менее стоило только Рику подумать об императоре, как у него дыхание перехватывало от желания отсечь ему голову и насадить на въездной городской шпиль.

Он сел и вытащил из ножен свой новый меч. Серый кристалл немного светился в темноте. Интересно бы знать, кем был этот человек? Были ли он виновен в своих преступлениях, или его впихнули в число смертников так же, как ту девицу записали в корм для горгулий – лишь потому, что нужно было сделать положенное число кристаллов для дворца императора и военных нужд?

В прошлом Рику самому пришлось несколько раз казнить людей – не убивать в бою, а именно казнить. Они были тварями не хуже демонов и заслуживали то, что получили – быструю смерть от его меча. Долго и мучительно он приказал казнить лишь однажды – за людоедство. Выродка привязали к столбу и живьем освежевали, окропляя целебным бальзамом, чтобы не помер раньше времени. Потом ему отрубили руки и ноги, а в разинутую от крика пасть влили расплавленный свинец – выпивка, достойная обеда, который тот себе приготовил. И в тот момент Рик не испытывал ни малейшего сострадания или жалости.

Но жрать детей – это не то же самое, что перекрасить лошадь для продажи. А ведь в Игнисе мошенников и плутов казнили так же, как убийц и разбойников.

В былые времена Рику сражаться с людьми почти не приходилось. Альтарган по своей сути – защитник людей, призванный бороться с их убийцами. Поэтому его коробила вся эта империя, построенная на трупах.