Приговоренный к изгнанию

Часть 1

Джабир покорно пересел ближе. Отблески костра зловеще вспыхивали на его красных доспехах.

— Давай снять, что ли, помогу, – проворчал Бруно. Рик с благодарностью взглянул на него.

— Может, сначала ты сам, Альтарган? – сказал Джабир, подставляя Бруно плечо. – Что с тобой было все эти годы?

Рик развел руками.

– Да, собственно... Ничего. Когда я во время боя услышал, что портал закрылся, я понял, что все кончено. Выжить в пламени Нижнего мира невозможно, силы наши были на пределе... Ну и решил, что терять-то больше нечего. Я схватил Элгора и создал ту воронку.

Джабир кивнул.

– Это мы все видели.

– А дальше особо и рассказывать нечего. Такое чувство, будто тело разрывается на мельчайшие частицы — и пустота. Чернота перед глазами. Изредка, как в бреду, в сознании возникали какие-то образы, какие-то мысли — вязкие, невнятные, как во время тяжелой лихорадки. И снова чернота. И ощущение утекающего времени. Первое осознанное чувство было -- холодное лезвие в груди, – Рик показал на шрам у сердца. – Прихожу в себя – а я лежу на сломанном жертвенном камне, совершенно голый, и вокруг меня толпа каких-то ошалевших жрецов! Я поднимаюсь – а эти как рванут от меня во все стороны!.

Клыкастый заржал, почесывая бороду.

– И че ты голый хотел от жрецов?..

Рик усмехнулся, покачал головой своим воспоминаниям.

– Ничего веселого я от них не хотел, мне просто нужно было понять, какой теперь год!

– Готов поспорить, жрецы значительно ускорились!

Рик заулыбался.

– Это еще что! Когда я внимательней посмотрел на свое тело и понял, что оно – не мое, вот это был сюрприз! Хилое, слабое...

– Что не помешало тебе средь бела дня на площади наброситься на стражников, – заметил Бруно, стаскивая с Джабира развязанный нагрудник.

Тут заулыбалась Берта.

– На стражников-то зачем?..

Рик смущенно потер подбородок.

– Да у меня еще голова на место не встала. А тут – казнь огнем... Меня и накрыло. Но сделать-то я все равно ничего не смог – магии во мне не осталось, силы как у ребенка – в общем, посадили меня в яму смертников – вон, вместе с Бруно... Но суть не в этом. Я узнал, что нас всех считают проклятыми, Джабир. Меня – в особенности. Войну они считают моей прихотью, демонов – моими прислужниками, которых я сам призвал из Нижнего мира на землю.

Рик принялся рассказывать о том, что узнал в библиотеке Алонзо, о Совете и кристаллах, о фальшивой истории – а небо становилось все темней, костер уютно потрескивал, бросая яркие искры в сгущавшуюся тьму. Ужин подоспел. Из деревни Нокс привез соль, вино, лук, а еще козий сыр и хлеб, от которых, правда, мало что осталось, потому что Тано в дорогу тоже нужно было что-то дать. Однако и того, что осталось, вместе с рыбой хватило на всех.