Приговоренный к изгнанию

Мальчишка визжал и плакал, а в шаге от него второй защитник империи, подмяв под себя избитую молодую женщину, с остервенением вдалбливался ей под задранные юбки.

– Эй, ты кто?! – рявкнул было на Рика тот, что удерживал ребенка – и черно-фиолетовая пустота начала пожирать его лицо. Воин с воплем рухнул на колени. Вырвавшийся мальчишка ринулся было к обидчику матери, но Рик уже с хрустом свернул тому шею и отбросил в сторону обмякшее тело. Женщина с криком прижала ребенка к себе и в испуге зажмурилась – но Рик уже покинул жилище.

— Пройдите по дворам и убейте всех тварей, каких отыщете, — с яростью в голосе приказал он своим, вернувшись к дороге.

-- Рик, кто они?.. – спросил Нокс, вперившись в него злобным взглядом. – Только не говори, что...

– Войска его императорского величества, – с яростью проговорил Рик. – Ты это боялся услышать?

Вскочив на коня, Рик помчался вперед, по главной дороге, мимо домов, увитых хмелем, пока не очутился в самом сердце деревни."

"Со всех сторон воины в имперских кольчугах и с оружием в руках тащили связанных, но упирающихся и кричащих крестьян – женщин, мужчин, детей.

Напротив маленького открытого алтаря почитания всех магических сил стояли четыре больших чана с сияющими днищами, под которыми жарко пылали костры. Где-то там, на самом дне, сейчас формировались кристаллы аспекта воды, которые так понадобились императору против демонов. Процессом руководил высокий воин в латных доспехах, стоявший рядом с алтарем: по его указанию из одного чана уже вытаскивали обваренное парящееся тело женщины – туда, где уже лежали такие же безобразные человеческие останки. А в другой чан буквально на глазах Рика бросили мужчину с младенцем на руках. Мужчина кричал – но удерживал ребенка у себя над головой. От горячего пара его руки и лицо становились красными и покрывались волдырями.

Навстречу незваному гостю побежали несколько воинов а у Рика тем временем глаза застелило тьмой.

Он не слышал, что кричали ему воины. В его ушах звенели только крики испуганных и гибнущих в кипятке людей, тонкий плач младенца, которому пар сейчас обваривал ноги. Вокруг Рика вспыхнули руны, черное облако окутало его с головы до ног – и в бешенстве он ударил по имперцам одновременно ледяным дождем и природными стрелами.

Он видел их раны, видел перекошенные страданиями рты – но ему было мало! Их боль не утоляла его боли.

Выхватив копье пустоты, он метнул его в командира отряда и пробил латный доспех и грудь навылет – единственному, обладавшему здесь боевой магией. Все остальные воины были вчерашними стражниками и позавчерашними крестьянами или простыми горожанами – а теперь они стали тварями хуже демонов, потому что те пожирают свою добычу – своих врагов.