Приручить Генерального (СИ)

У Роса тоже дел много, и я, чувствуя неизбежность расставания на короткий промежуток, испытывала странное чувство беспомощности и зависимости — уже хотелось проверить и убедиться, что этот мужик — мой — и больше ничей.

В то время как у него в офисе ходят всякие красотки, в стиле тех, что раньше светились у него в профиле, и может быть, с какой-то из них у Роса тоже был секс.

Аааааа…

Какая адская карусель в моей голове. Вертолетики после того, как я однажды сильно перебрала и выкурила косяк, просто ничто по сравнению с атакой безумных мыслей…

Уф…

Жарко-то как."

"Я приоткрыла окно, позволив ветру овевать лицо, попыталась переключиться на что-то другое, кроме ощущения горячей ладони Дубинина на своем бедре.

Спасение пришло как по волшебству. Позвонил Павлуша, и я ответила, впитав звук его голоса, как глоток свободного кислорода.

— Привет, пропащая. Думал, ты уже вычеркнула меня из списка тех людей, на звонки которых следует отвечать.

Я немного покраснела, ведь была занята, часто замечала пропущенные, когда прошло достаточно большое количество времен.

— Когда увидимся? — прозвенел в трубке голос лучшего друга. — Совсем про Павлушу забыла!

Немного с обидой.

Неужели друг ревновал?

Хотя раньше мы надолго не расставались. То есть не расставались вообще, когда были в себе, скажем так, то есть не уходили в работу с головой, в проекты. Но даже тогда находили время вынырнуть на поверхность и глотнуть свежего воздуха.

У меня не так много друзей, имею в виду, настоящих. Сенечка и Виола, как две крайности, абсолютной нелогичности и предельной разумности. Люблю их нежно и остро, даже когда ругаемся изредка.

Но Павлуша — для меня человек особенный…

И вот я, не представляющая своей жизни без него, внезапно погрузилась в роман с другим мужчиной и поняла, что мне понравилось пробираться мучительными тропками постепенного сближения.

Понравилось настолько, что я погрузилась с это увлекательное путешествие и просто забыла о других, даже, кажется, о себе забыла.

Были мы — я и мой жутко горячий, заботливый медведь Рос.

Мы болтали о многом, еще больше проводили времени в постели, строго советуя завету врачей — соблюдая постельный режим.

Вряд ли врачи советовали столько трахаться, объезжая рот и язык Роса, или вбирая его толстый член и прогибаясь под его хватку — теперь намного более деликатную, но в то же время до сих пор безобразно горячую — такую, от которой плавились мозги.

Если и была у меня самостоятельность и гордость, то они грозили вот-вот стечь жидкой лавой в мои трусики или просто по бедрам, потому что носить трусы в присутствии Роса было не самой хорошей идеей. Они слишком быстро намокали, а еще он мог скушать меня прямо в них, и тогда сама идея трусиков уничтожала себя.

— Да, увидимся, я сейчас в город еду.