Дремлющий демон Декстера

— Я предупреждал, что поначалу не все будет гладко, Деб.

— Ну, по крайней мере насчет этого ты оказался прав. По словам Мэттьюза, я близка к отстранению.

— Однако ведь именно он дал тебе разрешение в свободное время познакомиться с делом поближе?

Она вздохнула.

— Он сказал: «Я не могу остановить тебя, Морган. Но я очень разочарован. И я думаю, что бы сказал твой отец».

— А ты сказала: «Мой отец никогда бы не закрыл дело, когда в тюрьму посадили не того»?

— Нет. Но я так подумала. А как ты узнал? — удивилась она.

— Ты на самом деле этого не сказала, правда, Деб?

— Нет.

Я подтолкнул к ней ее стакан:

— Выпей немного тате, сестрица. Жизнь налаживается.

— Ты издеваешься?

— Я? Никогда, Деб. Как я могу?

— Да очень просто!

— Нет, правда, сестрица. Ты должна мне верить.

Какой-то момент она смотрела мне в глаза, потом отвела взгляд. Деб так и не дотронулась до своего коктейля, и очень жаль. Он великолепен.

— Я верю тебе. Но, клянусь Богом, не знаю почему. — Дебора смотрела на меня, и какое-то странное выражение мелькало у нее на лице. — Иногда я не уверена, что это правильно, Декстер.

Я одарил ее самой широкой и убедительной братской улыбкой.

— В течение следующих двух-трех дней обнаружится что-то новое. Обещаю.

— Откуда такая уверенность?

— Просто знаю.

— Но почему ты так этому радуешься?

Я хотел сказать, что меня радует сама идея. Сама мысль о том, чтобы увидеть еще это бескровное чудо, радовала меня больше всего, что только можно представить. И, конечно же, это не то чувство, которое могла бы разделить Деб, так что я оставил его при себе.

— На самом деле я рад за тебя.

— Ну да, я забыла, — фыркнула она и отхлебнула из бокала.

— Слушай, или Ла Гэрта права…

— Что значит — меня грохнули и трахнули.

— Или Ла Гэрта не права, а ты жива и девственна. Ты еще со мной, сестрица?

— М-м-м, — промычала она, явно раздраженная моим терпением.

— Если бы ты любила спорить, поставила бы ты на то, что Ла Гэрта хоть в чем-либо права? В чем угодно?

— Может быть, насчет моды, — сказала Дебора. — Она в самом деле красиво одевается.

Принесли сандвичи. Официант кисло уронил тарелку с ними на середину стола и вихрем унесся назад за стойку. Все равно сандвичи очень хороши. Я не знаю, что отличает их от других medianoches в нашем городе, но они вправду лучше: хлеб, хрустящий снаружи и мягкий внутри, идеально правильный баланс свинины и пикулей, сыр растаял в самый раз — чистое блаженство. Дебора играла соломинкой в своем коктейле.

— Деб, если моя смертельная логика не может тебя вдохновить, если сандвич от «Релампаго» тоже не может тебя вдохновить, тогда действительно поздно. Ты уже мертва. Тебя грохнули.

Она посмотрела на меня взглядом морского окуня и откусила кусочек.

— Очень вкусно.