Проданная невеста

Речь идет о твоем племяннике!

Зверь приоткрыл губы, я думала, напомнит, что племянник ему не родной, но сказал он другое:

— А что еще это могло быть? Ты бы видел, как она мучилась. Это было не нормально. Врач сказала, что ей могли дать препарат для аборта. А в чем дело, ты в чем-то меня подозреваешь?

Они смотрели друг другу в глаза, как на дуэли.

— Ты не хочешь объясниться?

— Расскажи, что случилось, Руслан? Зачем ты и вправду привел полицию?

Он выдержал паузу, тревожно взглянув на нас по очереди."

"— Когда ты сказал, что не нашел врача, я послал к ней охрану. Она не должна была отлучаться. Дверь сломали, оказалось, она мертва. Ее отравили. Ей привезли завтрак из «Авалона», вместе с завтраком для Лили.

Зверь достал телефон, чтобы позвонить. Оба обеспокоенные, встревоженные не на шутку — оказалось, враг среди нас.

— Заблокируйте клуб, — хрипло велел он. — Никого не выпускать.

— Лили, — я посмотрела на Руслана, каким виноватым было лицо! — Я думал, выкидыш случился, потому что ты унаследовала болезнь отца. Ребенок ведь мужского пола, а в его семье наследники умирали. Если тебе намеренно подмешали отраву в еду… значит, нас предали.

— Врача отравили намеренно, — сказал Зверь. — Чтобы ее не было, когда Лили понадобится помощь. Ты понял, что я сказал?

Руслан зарычал без слов.

Я смотрела на обоих — с надеждой, что мне объяснят, но они молча обменялись мысленными сообщениями, чтобы не волновать меня, и на этом все. Впрочем я, кажется, сама понимаю. Кто бы ни пытался меня отравить, он не хотел моей смерти — скорее, смерти ребенка. Иначе мне бы добавили ту же отраву, что и врачу, чтобы избавиться от всех разом, а не средство, вызывающие схватки…

Кто это — мой отец?

Зрение потеряло фокус, белая палата, братья, агрессивно расхаживающие вокруг моей кровати, еще не примиренные и друг на друга злые за то, что оба не смогли меня уберечь. Клуб был под контролем Зверя, а Руслан должен был защищать меня.

Неужели мой отец попытался избавиться от внука, но оставил жизнь мне?

Или… это Зверь?

Ему мой ребенок был не выгоден тоже.

Кто еще? Одна из обиженных девушек Руслана — вряд ли, они боятся его до колик, зная, что за такое им просто выпустят кишки. Кто?

Руслан вышел в коридор к полиции, придержал дверь, и я услышала, что он им говорит и даже увидела немного:

— Если основания думать, что мать моего ребенка и ее врача отравили намеренно. К счастью, она выжила, но это спровоцировало роды. Полагаю, это и было в планах у убийцы. Займитесь этим. Леонард! — тот подскочил к нему, подобострастно глядя в лицо. Я видела его издалека и за спинами остальных, но выглядел он неплохо, давно оправившись от побоев. — Быстро в «Авалон», выясни, кто готовил пищу и из-под земли мне их достань.

Закрыв дверь, он вернулся ко мне.