Проект Ворожея (СИ)
Антон Чудинов – еще молодой, но уже закоренелый циник, обычный мент-нищеброд с мерзким характером и вечно засранной холостяцкой берлогой. Любовь, нежность, привязанность? Вот уж спасибо, этого добра больше не надо. Качественный грязный трах, желательно каждый раз с новой девицей – вот те рамки, за которые он больше не собирается выходить в отношениях с женщиной. Даже самой красивой, даже самой умной, даже самой чуткой, даже все «видящей». Хотя нет, вот с «видящей» обстоит все очень сложно, очень запутанно. И неважно, что эта «видящая», навязанная дебилом-начальником аж с самого верха, действительно «видит» – и людей, и события, и даже преступления. Важно, что в ее присутствии ему так страстно и яростно хочется быть не таким гадом, не такой скотиной, не таким… беззащитным перед ее взглядом, который видит его насквозь – до самого дна души, где до сих пор, несмотря на боль предательства и старых обид, живет вера в любовь и верность.
– Почти все уже по домам разошлись! – конечно, я привирал и даже не слегка, но не видел тут желающих остановить меня. – И ты ведь умеешь быть тихой?
Конечно, она умела, я это знал, но не мог себе отказать в удовольствии поддразнить Владу и кайфануть от того, как она содрогалась от моих слов вкупе с синхронными движениями пальцев.
– Обожаю, как ты меняешься, когда возбуждаешься… гребаное волшебство… как звучишь… сроду ничего сексуальнее не слышал… – И это было чистой правдой.
То, как она едва слышно выдыхала, заставляло меня до немыслимого предела концентрироваться на ней, делая Владу и те ощущения, что я ей дарил в интимные моменты, центром моего восприятия. Это чувствовалось… неожиданно ценным. Конечно, мне, как и любому нормальному мужику, нравилось, когда женщина открыто демонстрировала, насколько я хорош в том, чтобы доставить ей удовольствие. Это мне всегда казалось правильным. Ведь именно для обмена этим самым удовольствием мы и оказывались так близко. Заставить партнершу покричать – что может быть лучше? Но вот, странным образом, эта почти безмолвная буря, которую мне удавалось породить во Владе, самого сотрясала до мозга костей. Она была как обманчиво спящий вулкан. В том смысле, что все, смотрящие на нее издали, и понятия не имели, какая мощь скрыта под образом хрупкой и внешне отстраненной и холодной женщины. Могли попадать под краткие вибрации ее силы, которая их пугала и отталкивала. И только я один, внезапно допущенный ближе некуда, знал, что же скрывается внутри. Стихия, от необходимости пропускать через себя которую снова и снова мгновенно стал зависимым.
– А… Анто-о-он! – выдохнула Влада, запрокидывая голову, и вжимаясь в мою руку так, что наверняка это было почти больно, и намертво впиваясь в мои плечи, и я как ненасытный поглощал вид настигающего ее финала. В этот момент я будто превратился во взрывоопасную смесь, алчно ожидающую той самой последней искры.
Ее тело содрогнулось раз, потом еще один, еще сильнее, она выдохнула с сиплым стоном, как от неимоверного облегчения, и обмякла на мне, продолжая мелко сотрясаться. И каждый всполох этой ее дрожи струился сквозь меня, задевая все нервные окончания разом и награждая удовольствием, не сравнимым даже с собственным оргазмом.
Спустя несколько минут Влада пошевелилась и отстранилась.
– Спасибо, мне это и правда было нужно. – Она смотрела сквозь ресницы, и ее лицо выглядело таким необыкновенно расслабленным, что решил: у меня есть повод собой гордиться.
– Всегда обращайся, это теперь вроде как входит в круг моих приятных служебных обязанностей, раз я твой мужчина, – усмехнулся я, с огромной неохотой вытаскивая руку из обжигающего плена между нами.

















