Проклятый Пустыней

— И сколько он стоит?

— Тридцать мивенов.

— Сколько?! — Ник замер с открытым ртом. — Ты за месяц зарабатываешь пятьдесят!

— Теперь уже нет. Чуть побольше. Пойдём, покончим уже с этой тягомотной работой, и я наконец уволюсь.

— А сколько тебе дали там? — Ник показал на стеклянную дверь бюро охотников.

— Сто пятьдесят.

— Мать честная, что я в своей жизни делаю не так? — Ник вздохнул. — Пошли. Ты будешь работать сегодня, лишь бы смена поскорее закончилась, а я буду тебе завидовать чёрной завистью.

Быстро добрались до закусочной, было недалеко. Это не походило на те харчевни, что я видел в своём прошлом мире. На этом заведении на вывеске была изображена огромная котлета в двойной булке.

Двери стеклянные, окна огромные, на них видны тонкие разводы грязи. Внутри видна касса, за которой стоял толстый неопрятный мужик с большой бородавкой на носу, и тесная кухня за ним.

— Стенли уже здесь, — простонал Ник и достал кнопочный телефон. Маленький зелёный экранчик осветил ему лицо. — Он требует, чтобы мы приходили за полчаса до начала смены, а уже двадцать девять минут.

— У нас есть одна минута."

"— Ты что, Найт, забыл? Мы в тридцать минут должны уже вовсю работать. Начинаешь работу на тридцать минут раньше, заканчиваешь на тридцать минут позже, два перерыва в туалет и один на обед! — Ник почти пропел эту фразу. — А уже… всё, ровно тридцать. Эх, ну тебе уже не страшно. А я пострадаю.

Мы вошли через стеклянные двери. Мужик с бородавкой на носу дал парню в жёлтой толстовке бумажный пакет, в который забросил две булочки с котлетой, завёрнутые в тонкий лист. Больше посетителей не было.

Парень вышел, не обратив на нас внимания, а толстяк-начальник пристально посмотрел на нас. За его спиной была кухня, где два очень смуглых парня жарили картошку в масле. Масло шкворчало. Пахло чем-то сгоревшим. Пока мы шли, подошвы наших кроссовок прилипали к липкому от жира и грязи линолеуму.

— И где вы прохлаждаетесь? — грубо спросил он. — Уже тридцать три минуты!

— Тридцать одна, — возразил Ник.

— Тридцать пять минут! — мужик с бородавкой ударил кулаком по стойке. — Я вместо вас стою на кассе, потом что Трайн и Нойль сегодня решили, что они у меня работать не хотят. Умники, мать их. Где они ещё найдут такую работу в таком месте? Да у меня целая очередь из таких как вы, которые стоять за дверьми, чтобы здесь работать!

Он показал на стеклянные двери. Снаружи не было никого. Ветер катил пустую банку.

— Или вы думаете, что раз вы якобы аристократы, то вам можно опаздывать? Да какие из вас аристократы, у вас кроме происхождения ничего нет! Нищие нищеброды, — он хмыкнул, довольный своей шуткой. — А полы мыть некому! Тут будто Клеевой Демон ставил ловушку.

Что-то мне уже расхотелось здесь работать.