Пропущенный вызов

Она любила папу с мамой такими, как есть, склоняя голову перед их несовершенством и принимая, что все, что ни делали, они делали из любви к ней. Но если бы они хоть раз сделали шаг ей навстречу, пусть не простили бы ей ее собственные прегрешения, реальные и мнимые, но пусть хотя бы позволили ей быть неидеальной!

– Ты взрослая женщина, четвертый десяток уже, а рассуждаешь как младенец! – продолжала мать, как бы в приступе бессилия ухватившись за дверной косяк. – Он же тебя нисколько не любит, просто нашел дуру, которая станет его обслуживать и содержать!

– Мама, ну что ты говоришь, – поморщилась Лиза, – мы любим друг друга…

– Мать дура, не понимает! – Лизино ухо уловило в голосе родительницы истеричные нотки, знакомые с детства. – Такая уж любовь, куда там! Только я что-то не помню, чтобы он делал тебе предложение, пока у него обе ноги были в наличии.

Лиза хотела достать с полки джемпер, но мать вдруг очень грубым, каким-то мужским движением захлопнула перед ее носом дверцу шкафа и прислонилась к ней спиной, воинственно скрестив руки.

– Я не допущу, чтобы моя дочь загубила свою жизнь с инвалидом! – воскликнула она с таким пафосом, что у Лизы заныли зубы.

Мама заняла превосходную стратегическую позицию, чтобы взять из шкафа вещи, придется ее отодвинуть, но Лиза уже имела опыт подобных провокаций. Стоит ей только протянуть руку, чтобы попытаться открыть дверцу, как будет разыграна сцена «неблагодарная дочь избила старую мать».

Она опустилась на диван рядом с распахнутым чемоданом и быстро проверила, что успела туда положить.

– Не допустишь, значит? – спросила Лиза спокойно. – Но ты же тридцать лет допускала, что твоя дочь глубоко несчастна, почему вдруг теперь такая забота?

– Как ты разговариваешь с матерью? – подал ожидаемую реплику отец.

Лиза улыбнулась ему. Иногда она не знала, что правильнее, жалеть ли отца или, наоборот, сердиться на него за то, что не дает матери никакого отпора. Он пользовался репутацией мягкого и доброго человека и никогда не начинал скандалов сам, но ни разу не попытался защитить дочь."

"– Значит, ты была несчастна? Вот как? По крайней мере, нас ты не имеешь права в этом винить! Мы тебя ничему плохому не учили!

Лиза вздохнула:

– Вы не научили меня самому главному – любить самое себя.

– Когда я тебя воспитывала, то надеялась, что ты устоишь против этой потребительской заразы! Себя любят только негодяи, а нормальные люди прежде всего любят близких! Не думала я, что ты вырастешь такой эгоисткой!

Лиза закрыла молнию на чемодане и попробовала на вес. Совсем легкий.

– Это и есть высшее проявление эгоизма – отказывать человеку в праве любить себя самого. Мама, я не хочу с тобой спорить ни относительно теории воспитания, ни насчет своей собственной судьбы.