Прости, я тебе изменил (СИ)

— Ты ей что, не рассказал? — озадаченно прошептал Дмитрий Борисович, приподняв широкую седую бровь.

— Нет, — ответил Макар ему сквозь зубы, а после обратился уже ко мне: — Аль, да простая реабилитация. Ногу лечил, я же тебе говорил.

Дмитрий Борисович громко цыкнул и глаза закатил. Оправдания сынка явно вызывали в нем раздражение.

— Он же, можно сказать, заново учился ходить, — произнес мужчина, кивнув на своего сына. — Договорились, что как только встанет на ноги, он временно возглавит мою компанию, — он тяжело вздохнул, выдохнул с хрипом и попытался улыбнуться. — Ну и вот как все вышло. Но хоть не зря все. Жалеть больше не о чем.

— Не понимаю я все равно, — озадачился Макар и присел на кровать в ногах отца. — Если ты утверждаешь, что догадывался о нас с Аленой, почему тогда поддержал слияние с Сергеем?

— Я его не поддерживал. Я был нейтрален — это разные вещи. Ты сам должен был определиться, — Дмитрий Борисович по-отечески накрыл своей ладонью руку Макара, похлопал по ней. — И вижу, ты определился.

Молчание последовало. Скорбное. Гнетущее."

"Дмитрий Борисович смотрел на своего сына с гордостью и в то же время с тоской. Он едва ли обрел сына. Только-только наладил с ним отношения, а ему снова приходилось прощаться с ним. При самых ужасных обстоятельствах.

Внезапно тишину нарушил мой приглушенный всхлип.

Находясь в растрепанных чувствах, я сидела в уголочке и разводила сырость.

Макар обернулся на меня через плечо и взмахом руки подозвал к себе.

Я утерла рукавом слезы, подошла к кровати.

— У нас для тебя еще одна важная новость, — начал было Макар вкрадчивым тоном.

— Хорошая хоть? — хмыкнул Дмитрий Борисович.

— Очень... очень хорошая, — отозвалась я, разглядев на лице Макара немое одобрение.

— Твой ребенок — мой внук? — предположил Дмитрий Борисович, заставив мое сердце совершить в груди кульбит.

— Ага, точно, — вымолвила я с трудом.

А Макар вдруг прыснул со смеху.

— Ты еще скажи, что об этом тоже догадывался.

— Догадался, но только сейчас. У Алёны же мальчонка есть, стало быть... — оживился мужчина, в его тусклых глазах блеснула надежда. — А где мой внук? Он не с вами?

И у меня где-то в глубине души также затеплилась надежда, что Дмитрий Борисович еще может побороться со своим недугом. Еще не все потеряно. Он сильный. Он может пойти на поправку. Чудеса же порой случаются.

— Нет, с маленькими детьми сюда нельзя, к сожалению. Глеб дома сейчас. С матерью Алёны, — Макар был вынужден расстроить своего отца.

— Чертовы распорядки! Нелюди их придумали, что ли? — недовольно пробурчал Русаков.

Макар не мог оставить отца ни с чем. Он вынул из кармана свой телефон. Сначала открыл папку с фотографиями и одну за другой принялся показывать Дмитрию Борисовичу.