Господин моих ночей (Дилогия)

Так ведь?

Девушка впилась в меня взглядом.

Видимо, я не сумела полностью скрыться за напускным безразличием, и она болезненно поморщилась.

— По первому зову он прекращает важный ритуал и уходит, чтобы помочь вашей родственнице. Вы хоть знаете, что обряд, который вы так неосмотрительно прервали, готовился не один месяц, и теперь Айту придется потратить очень много сил, чтобы организовать его снова? Я уж не говорю о строгом взыскании за срыв церемонии. Вы ведь и об этом не знаете… — она презрительно хмыкнула. — Что вам вообще известно о жизни мужчины, с которым делите постель? Он вас ни в чем не упрекнул, все принял на себя.

Из-за вас отложил на неопределенное время свадьбу, которая должна была состояться по его возвращении, и я теперь не представляю, что делать, как его уговорить.

Я отвернулась, чтобы не выдать невольного удовлетворения от услышанного, но, судя по всему, недостаточно быстро, потому что Верена тут же с негодованием вскинулась.

— Радуетесь? Зря. Его назначили наместником в вашу проклятую страну не случайно. Это последнее испытание перед… Не важно, перед чем. Главное, он его с честью выдержал.

По возвращении Айта ждало место в совете, достойное положение, служба, о которой он мечтал. А теперь все его планы и надежды под угрозой.

— Но… почему? — выдохнула я чуть слышно.

— Потому что все это он получит только женившись, — девушка раздраженно махнула рукой.

— Я не претендую…

— Вы, может быть. Но Айт — Сахтар знает, почему, — совсем потерял голову. То, к чему он упорно шел долгие годы, готов променять на несколько жалких лет рядом с вами, Но я не позволю… — она сжала кулаки. — Не позволю ему бросить все ради пустышки.

Резко повернулась ко мне.

Произнесла решительно:

— Вы должны расторгнуть соглашение.

— Но… Как вы это себе представляете? — растерялась я.

— Это уже ваше дело. Просите, уговаривайте, настаивайте, умоляйте, падайте в ноги, рыдайте дни напролет. Как вы это сделаете, меня не интересует. Вы должны исчезнуть, и чем скорее, тем лучше. Когда Айтон останется один… Я смогу убедить его, утешить… Да… смогу. Я знаю Айта с детства, хорошо знаю… И пусть он всегда сдержан со мной, даже холоден, что ж, таков, видимо, его характер. Другим он быть не может.

Это Айтон-то по характеру сдержанный и холодный? Да более пылкого и страстного мужчины трудно найти.

— Все равно я подхожу ему больше всех, — упрямо качнула головой Верена. — Так решил совет, а архи никогда не ошибаются. Я люблю Айта, а после обряда и он примет меня, как свою пару. У нас родятся замечательные, сильные дети. А вы… — она сузила глаза. — Вам не место в его жизни. Убирайтесь.

— А если я откажусь?

Спросила из любопытства. Я уже представляла, что услышу, и слова Верены подтвердили мои подозрения.