Господин моих ночей (Дилогия)

Без нее, ее советов, помощи, поддержки мы бы точно не справились — три растерянные, перепуганные женщины, одна их которых была больна, другая — слишком молода и неопытна, а третья — избалованна и капризна.

— Иди-ка спать, девочка моя, — вырвал меня из блаженной полудремы тихий голос. — Совсем ты у меня разомлела.

Уна очень редко позволяла себе обращаться ко мне на «ты», как я ни настаивала, строго придерживаясь неизменного «госпожа». И сейчас это нежное «девочка моя» неожиданно растрогало, чуть не до слез.

Я кивнула, на миг прижалась к женщине, чувствуя, как волос касаются ее пальцы, мягко перебирают пряди, а потом решительно встала. Но кружку с отваром все-таки забрала с собой — потом допью. Уна говорила, что ягоды заканчиваются, значит, скоро снова пойдем в лес. Да и на зиму собрать надо.

— А еще к нам лавочник по дороге пристал, — услышала я возбужденный голос Ренка, последовавшее за ним сдавленное оханье и ускорила шаг.

Поднялась по старой скрипучей лестнице на второй этаж. Комната Нэссы… Здесь я задерживаться не стала, а вот возле маминой остановилась. Прислонилась лбом к деревянному косяку, чутко ловя каждый шорох. Тишина… Я уже хотела приоткрыть дверь и осторожно пробраться внутрь, но тут услышала отрывистый кашель.

Скажи кто-нибудь полгода назад, что меня обрадуют эти звуки, ни за что бы не поверила, еще и возмутилась бы, а сейчас… Выдохнула успокоено и отошла от двери. Кашляет — значит, дышит… жива. Заходить не стала, мама спала очень чутко и, проснувшись, долго не могла уснуть, даже сонные капли не всегда уже помогали."

"В моей комнате было зябко, от окон, несмотря на закрытые створки, тянуло ночным холодком. Поеживаясь, приняла чуть теплый душ, допила отвар, юркнула под одеяло и облегченно вытянулась… Неужели этот долгий день все-таки закончился?

Загадочный высший… Зак… Маг из патруля… Как много встреч вместилось в один короткий вечер.

Вдруг вспомнились внимательные зеленые глаза, негромкое: «Вы свободны вечером?»

Интересно, сколько лет этому магу? Он кажется таким молодым и открытым. Таким… благородным. Впрочем, Сетнер, тоже поначалу производил впечатление порядочного человека. Разговаривал учтиво, искренне сочувствовал тому, что война лишила нас мужчин и оставила без средств к существованию. Пытался ухаживать, приглашал на свидания… Почти как патрульный и теми же словами. «Что вы делаете сегодня… завтра… послезавтра…» А потом, когда терпение лопнуло, стал давить, настаивать и угрожать.

И этот Харт, наверняка, такой же. Все они одинаковы. Высший хоть не скрывает, что ему нужно. Не притворяется добрым и ласковым. А еще он может дать то, что решит все наши проблемы.

Метка… Как же она мне нужна. И чем быстрее, тем лучше.

Снова начался дождь.