Господин моих ночей (Дилогия)

Быстрее…

Быстрее…

Последний рывок — и я буквально провалилась в серебряное сияние. Окунулась с головой, захлебнулась им, как самым живительным, самым сладким на свете воздухом.

Звенящая чистота, безудержный, невыразимый восторг, головокружительный полет и парение…

Последнее, что я услышала, были голоса. Удивленные, неуверенные, восторженные, ликующие.

— Хозяйка.

— Вы видите? Видите?

— Немыслимо.

— Невероятно.

— Впервые за столько веков.

— Хозяйка…

* * *Утром после того памятного дня в лаборатории я проснулась очень рано, почти затемно. За широким окном едва брезжил рассвет, и по серым пока облакам рассеяно бродили первые тонкие и робкие солнечные лучи.

Открыла глаза и сразу же услышала:

— Не спит…

— Точно, уже не спит…

— Я чувствую… Чувствую…

— И я…

— Рано поднимается…

— Потому что Хозяйка…

— Это да-а-а…

— Наша Хозяйка…

— Наша.

Тихий, едва различимый шепот несся со всех сторон, окружал, настойчиво лез в уши, щекотными мурашками пробегал по рукам, спине. Мне бы испугаться или хотя бы насторожиться. Раньше я обязательно так бы и поступила, а сейчас разулыбалась, словно при встрече с дальними, но от этого не менее любимыми родственниками, свидания с которыми ждешь всю жизнь.

Фамильяры…

Я совершенно точно, без всяких объяснений знала, что это именно они в своем далеком отсюда питомнике радуются моему пробуждению. Ощущала нашу связь так же остро и отчетливо.

Торопливо вскочила на ноги, подбежала к окну, подняла раму и замерла, запрокинув голову, прислушиваясь к биению маленького солнца внутри. Яркого, горячего.

Надо же, высшие — носители тьмы, а магия у них серебряная. Или это только у меня? Кто-то же сказал тогда, что я первая Хозяйка за долгое время, если мне, конечно, не послышалось.

Вчера сразу из лаборатории я, счастливая, уставшая, полусонная, угодила в руки целителей, затем в объятия встревоженной мамы, в них, устроившись поудобнее, почти сразу и уснула. Благополучно проспала весь оставшийся день, ночь, и ни о чем отца так и не расспросила. Но ничего, еще успею.

Теперь я все успею…

Следующие дни промелькнули в каком-то хмельном, горячечном возбуждении и нетерпении. Новые ощущения, впечатления, сведения. Новый мир. Новая я. Все навалилось разом, захлестнуло, будоража, сбивая с толку, разжигая во мне азарт и нетерпеливое предвкушение.

— Дар играет, — тепло улыбаясь, пояснял отец. — Он сейчас как новорожденный единорог, что вскочил, наконец, на ноги, вырвался на простор и понесся во всю прыть, наслаждаясь волей и независимостью.

Единороги, сказочные существа с белоснежной гривой и золотыми копытами. Неужели и они существуют? Представила себя тонконогим рогатым олененком, который, мчится вперед, вытаращив глаза и сбивая всех на своем пути.