Господин моих ночей (Дилогия)

Не беспокойся об этом. И о деньгах тоже. Ты будешь получать их частями, еженедельно, начиная с сегодняшнего дня."

"Замешательство, волнение, облегчение сменяли друг друга, как в детском калейдоскопе. А потом нахлынула благодарность и накрыла меня волной счастья, гася застарелую боль, горечь, отчаяние. Ощущение это оказалось таким острым, что я с трудом сдержала слезы. Надо же, все эти дни, недели, месяцы не плакала, а сейчас, вместо того, чтобы радоваться, борюсь с истерикой.

Медленно убрала со стола руки, стиснула ладони на коленях так, что пальцам стало больно.

— Спасибо… — я все-таки не сдержалась, и голос слегка дрогнул.

— Не за что, — маг будто не замечал моего состояния. — Я просто выполняю свою часть соглашения. В договоре есть пункт о помощи близким, не забыла? Но если, действительно, хочешь отблагодарить, назови меня по имени.

И только? Неужели ему достаточно такой малости?

— Спасибо… — произнесла, вкладывая в слова, все, что сейчас чувствовала к этому человеку.

Незнакомцу, который по-прежнему оставался для меня чужим и непонятным…

Захватчику, захватившему мою страну и разорившему дом…

Врагу, который сумел… захотел помочь, и в это мгновение стал ближе всех соотечественников, что меня окружали…

— Спасибо, Айтон…

Мужчина вдохнул — глубоко, жадно, словно наслаждался редким, изысканным ароматом, и на мгновение застыл. Наверное, даже глаза закрыл. По крайней мере, так мне показалось.

— Давай все-таки закончим с ужином, — отмер он наконец. — Нас ждет десерт. А потом Хвич проводит тебя домой.

Домой? Почему домой? А как же?..

— Надеюсь, ты к нему уже привыкла, и бедняге не придется прятаться по подворотням, как прошлый раз?

— Нет, он меня совсем не пугает…

Так это по приказу хозяина горгул следовал за мной той ночью?

Пресветлая Каари! Это человек решил изобрести для меня особо изощренную казнь — смерть от удивления.

— Хорошо. Тогда вернемся к десерту, — закончил мужчина, как ни в чем не бывало. — Акоррский пирог моему повару сегодня тоже удался. Попробуй… — На столе появилось высокое овальное блюдо с серебряной крышкой. — Можешь даже передать ему потом очередную благодарность. Гастосу будет приятно.

Этот несносный маг опять надо мной смеялся.

У-у-у… высший…

* * *Утром меня разбудили не солнечные лучи, как чаще всего бывало в погожие дни, а громкий голос за дверью:

— Что значит, до сих пор не вышла? Спит? Все еще? Даже я уже встала.

В тоне Нэссы сквозило неприкрытое возмущение, щедро перемешанное с изумлением, даже замешательством. Она обычно поднималась позже всех, считая это исключительно своей, «беременной» привилегией, и сейчас искренне недоумевала, почему я позволяю себе нежиться в кровати, в то время как она уже на ногах.