Располнела? Возьму вторую!

— Ты всерьёз считаешь, что моя обязанность — быть круглосуточной няней, кухаркой и уборщицей, а твоя — только работать и приходить домой, чтобы поесть и уйти?

Он вздохнул, как будто ему надоел этот разговор.

— Хаджар, хватит ныть. Я зарабатываю деньги. Ты должна заниматься домом и детьми. Это твоя роль.

Мой кулак сжался так сильно, что ногти впились в ладонь.

— Ты это серьёзно?

— Да, серьёзно, — его голос стал ледяным. — Я прихожу домой, а здесь бардак. Ты целый день дома, но даже с этим не справляешься.

У меня в глазах потемнело от ярости.

— Ты думаешь, что я не справляюсь? — мой голос дрожал, но я не сдерживалась. — Я одна тяну двоих детей, таскаюсь с ними по врачам, ночами не сплю, а ты… ты уходишь развлекаться, потому что тебе «неинтересно» дома?

— Да, неинтересно, — бросил он спокойно. — Здесь нечего ловить.

Я почувствовала, как в груди что-то надломилось.

— Нечего ловить? — прошептала я.

— Я обеспечиваю семью. Ты должна обеспечивать порядок и уют. Это просто. Другие женщины справляются.

Я резко подняла голову.

— Другие женщины? Ты знаешь, через что я прохожу каждый день? Ты хоть раз спросил, как я себя чувствую?

Он даже не моргнул."

"— Хватит оправдываться. Ты запустила себя. Запустила дом. Ты больше не та женщина, на которой я женился.

Эти слова прозвучали как приговор.

— Значит, тебе со мной скучно?

— Да.

Я сделала шаг назад, чувствуя, как ноги подкашиваются.

Спасибо за уточнение! Тогда давай сделаем диалог более живым и эмоциональным. Пусть в словах Хаджар звучит боль, сарказм и разочарование, но пока без окончательных решений. Она не будет такой категоричной, но даст понять, что его поведение задело её до глубины души.

— Знаешь что, Зафар? — мой голос сорвался, и я едва удержалась, чтобы не повысить его. — Ты прав. Дом, конечно, не музей. И я уже не та женщина, которую ты когда-то выбрал.

Он замер у двери, не оборачиваясь.

— Но знаешь, что интересно? — продолжила я с горечью. — Ты тоже уже давно не тот мужчина.

Зафар медленно повернулся ко мне, его взгляд был холодным и усталым.

— Что ты сейчас хочешь сказать? — спросил он, сдерживая раздражение.

— То, что я устала. — Я выдохнула, сил притворяться больше не было. — Устала от того, что ты смотришь на меня, как на пустое место. Устала от того, что твоя поддержка — это пустые слова. Ты приходишь домой и ведёшь себя так, будто ничего и никого здесь не существует.

— Хаджар, хватит драматизировать, — вздохнул он.

— Драматизировать? — я рассмеялась, но в этом смехе не было радости. — Это ты называешь драмой? Когда я ночами не сплю с детьми, а ты даже не замечаешь? Когда ты молча проходишь мимо, будто нас здесь нет?

— Я работаю! — резко бросил он. — Я зарабатываю деньги.

— А я? Я что делаю? — мой голос дрожал.