Случайная свадьба (+ Бонус)

Давид вносит меня в знакомую гостиную, где на знакомом роскошном диване сидит Росомаха, закинув руку на спинку. Напротив него в таком же роскошном кресле расположился Константин Маркович.

Перед ними на низеньком столике стоят кофейник, чашки и блюдо с бутербродами из лепешек, зелени, сыра и ветчины. Увидев нас, мужчины оживляются, на их лицах читается явное облегчение.

— Дава, сажай ее сюда, — хлопает по дивану Росомаха. — Мартуся, будешь бутерброд?

— Я сам накормлю свою жену, — отвечает мой муж ревнивым тоном, а я сглатываю слюну и почему-то краснею.

— Ей нельзя кофе, Дава, — вмешивается Константин Маркович. — Принеси жене чай.

Давид бережно усаживает меня на диван, заправляет за ушко ту непослушную прядь и уходит на кухню. А я замечаю, что прихватила с собой рукопись и поспешно на нее сажусь, чтобы не задавали лишних вопросов. Муж возвращается с большой дымящейся чашкой и садится между мной и Росомахой.

— Этот диван вообще не вписывается в интерьер, — говорю, проводя ладонью по дорогой ткани.

— Когда Антон снял этот дом, я распорядился отремонтировать ванную и купить кое-какую мебель, — объясняет муж и поворачивается к Аверину. — Расскажи ей все.

К моему безграничному удивлению, тот не начинает изображать из себя принца крови, а говорит вполне нормальным тоном.

— Это началось еще позапрошлой зимой, перед Рождеством. Давид нанял меня для одной небольшой истории, связанной с террористами. А она оказалась большой, еще и с продолжением. Если коротко, то ваш муж давно сотрудничает со спецслужбами, выявляя и перекрывая финансовые потоки, которые используются для поддержки террористических организаций.

— Моего отца убили представители одной из таких группировок, — негромко вставляет Давид, обнимая меня и прижимаясь сзади.

— Так получилось, что одним из источников оказался наш общий друг господин Данбеков, — продолжает Аверин, и я от неожиданности икаю.

— Как Данбеков? Неужели Тузар террорист? Он вообще не похож, а вот его сестрица настоящая террористка в юбке.

— Сам Данбеков конечно же не террорист, — соглашается Аверин, — он привлекает финансовые потоки. И если удастся его изолировать, это будет большой успех. А там уже по звеньям можно будет раскручивать всю цепочку. Но проблема в том, что Данбеков неуязвим. Почти.

Аверин наклоняется над столиком и наливает себе кофе, а я в полном шоке прижимаю ладони к щекам.

— И это «почти» — мой Давид?

Константин Маркович выгибает брови и смотрит на меня со смесью изумления и восторга, будто я выдала наизусть доказательство теоремы Ферма. Давид молча целует меня в плечо.

— Абсолютно верно, — кивает Аверин, — ваш муж — то самое слабое звено, которое позволит упрятать за решетку Данбекова.