Разведен. Влюблен. Опасен

Я потянулась за вторым и так же пафосно заговорила:

– Клянешься ли ты говорить мне правду и ничего, кроме правды?

– Клянусь! Мамой. Чтоб мне сковородкой по морде получать, если вру!

– Клянешься ли больше не бить морду незнакомым мужчинам просто потому, что они стоят со мной рядом?

– Есть нюансы, – пошел на попятную Кирилл. – Что? Я только что поклялся не врать!

– Ладно, – согласилась я, – клянешься любить меня всегда? А если разлюбишь, поклянись, что я первая об этом узнаю.

– Клянусь, что не разлюблю, – хрипло прошептал он, пожирая меня взглядом.

– Тогда я объявляю нас мужем и женой! Ура? – спросила я, надевая на его безымянный палец кольцо.

– Иди ко мне, малышка! Скрепим союз поцелуем.

И мы скрепили. Так, что этот новый союз просто обязан был быть крепким и нерушимым, как Великая Китайская стена. Об этом с таким упорством позаботился Кирилл, что я снова забыла обо всем, окунаясь в наш короткий, но сладкий медовый месяц.

Я горела, я дышала им. В то утро Кирилл стал моим воздухом, моей жизнью. Казалось, даже наши сердца бьются хаотично в унисон. Я в который раз поймала себя на том, что я бессовестно счастлива, сгорая дотла в его объятиях, подставляя тело под его поцелуи, улетая вместе с ним к облакам и мягко приземляясь обратно.

Когда мы выбрались из постели, над городом вовсю светило солнце. Кирилл потащил меня в душ, но на полпути нас заставили вспомнить, что за дверью есть реальный мир.

Запиликал мой мобильный, и по рингтону я сразу поняла, что звонит моя мама.

Глава 24

Кирилл

Я вел довольную и сытую жену в душ, не утруждая себя поисками одежды, ибо нафиг она нам сейчас нужна.

Я вспомнил значение слова «счастье» и настоящее удовлетворение от секса. Моральное. Когда кажется, что не только тела сплетаются в экстазе, но и души.

Я давно забыл, что это такое. Каждый секс с кем-то, кто не Саша, заканчивался одинаково: я уходил домой с зияющей пустотой в душе. Физически я кончал, конечно, да и девушки выглядели довольными, но всегда было ощущение пустоты, недосказанности.

А сегодня познал дзен, посетил Шамбалу и, наконец, поймал душевное спокойствие.

И это было странно и как будто ново. Когда ты настолько привыкаешь жить в вечной тревоге и пустоте, что перестаешь обращать на это внимание. Они становятся нормой жизни, мозг и душа приспосабливаются, адаптируясь под обстоятельства.

И понимаешь ты, что жил не так, только в момент, когда все налаживается. Ты успокаиваешься и вспоминаешь, что такое настоящее счастье.

Все было так хорошо, словно не с нами. Улыбающаяся Сашка, довольная, с замутненным взглядом и припухшими от моих поцелуев губами сама льнула ко мне, требуя, чтобы я был рядом. Словно ей нужно было физическое подтверждение того, что это не сон и «мы» реальны.