Развод. Я к тебе (не) вернусь (СИ)

— Пусти, сумасшедшая, — выдираю клок волос, но вырываюсь. — Что тебе нужно?

— Вы лишили меня заработка? — бабища начинает все крушить в кабинете и разносить в прямом смысле слова. — Я тебе этот сраный ремонт снова сожгу, загребешься фасад красить!

В стрессовой ситуации соображаю быстрее. Моментом доходит, слово «снова». Значит из-за этой сволочи пострадал Денис, значит из-за нее у меня такие проблемы с бутиком. Ах, ты-ж тварина. Собираюсь внутренне яростно и точно. Та мямля Светка, которая была больше не существует, теперь я другая.

С воплями раненого бизона прыгаю на тетку и сваливаю.

Забираюсь сверху и молочу руками-ногами, таскаю за волосы и царапаю. Драться никогда не умела, но в этот миг издаю звуки подраненой кошки. Меня хватают сзади и стаскивают, а я не могу остановиться. Молочу и молочу. Зараза! У Дениса и сейчас все не прошло. Убью! Она его чуть не задавила.

— Света, Света! — тянут чужие руки и в уши льется чужой голос. — Остановись, — оборачиваюсь с полыхающим белым пламенем в глазах и вижу, как растерянно смотрит на бардак Женя.

Глава 37

— Юр, что хотел? — придерживаю телефон между плечом и ухом.

Стою на самой чумной развязке в городе и звонок мне сейчас только мешает. — Давай, говори.

— Может приедешь? Лучше с глазу на глаз. Светы касается. Точнее ее бизнеса.

Вот так новости. Я этого долго жду. Хотел набирать сегодня, но Юра опередил. Отчего мне тревожно? Изучал все текущие дела жены, там не подкопаться. Все грамотно разрулила, все по правилам. Пожарка, проверки, оборудование и все прочее на высшем уровне. Проверял налоги, там тоже все чисто. Остается одно — конкуренты. И вот тут более вероятно, что брешь будет.

— Говори, — машу уступившему водиле.

 — Я не могу. К Мишке еду. Там срочно решить дела нужно. В курсе, что новую фирму открываем?

— Да. Хорошо, что сам двигаться решил. А Миха в Израиль реально уезжает?

— Сейчас обсудим детали и свалит. Работать оттуда станет на удаленке. Теща совсем плоха. Но ничего такого. Я справлюсь. Так что с моей женой?

— Помнишь на кого она работала, когда вы разбежались?

— Рыжова, что ли?

— Да.

— Как видишь помню. Я же следил за жизнью Светы. Так что она?

В голове вырисовывается не самая хорошая вещь сейчас. И Юра подтверждает.

— Мадам решила, что на дворе девяностые и надумала вывести вопрос по-свойски. Мои опера нарыли сведения с одной единственной работающей камеры. Ее забыли отключить. Так вот эта тетка вместе со своим пузаном облили бензином фасад и устроили поджог. А когда вы все набежали и начали тушить, то совсем ошалела от злости и решила протаранить двери, но вот оказия — без очков была. Если что, то Рыжова слепая, как крот. Поэтому посадила тебя на капот.

— Старая коза.

Вроде жизнь пожила, а мозгов не приобрела.