Развод. Моя (не) желанная (СИ)

— Что… — я пыталась что-то сказать. Голова была будто свинцовая.

Но до меня всё-таки наконец дошло, что во сне я, видимо, скинула с себя одеяло, а Громов почему-то решил укрыть меня, спасая мои порядком озябшие плечи.

— Спи, — буркнул он, выпрямившись и поправив манжету своей белоснежной рубашки. — Рано ещё.

Я хотела уже по привычке ответить ему какой-нибудь колкостью, но не решилась. Поправленное одеяло вносило сумятицу в мои и без того туманные после почти бессонной ночи мысли.

Решилась я лишь на вопрос:

— Сегодня у тебя тоже грандиозные планы на работу и отдых?

Конечно, он понял, в чём заключался вопрос. Его челюсть мигом отяжелела.

— Да. Много дел. По перезапуску производства. Встречаюсь с подрядчиком. К ужину ждать не нужно, — он метнул на меня злой взгляд. — Поужинаю в городе.

В городе.

Всё понятно.

Но если я думала, что наш утренний разговор будет моей самой большой головной болью, то грядущий день мне доказал, как сильно я ошибалась.

Глава 32

— Очень надеюсь, Алина Сергеевна, что не я стал причиной вашей утренней грусти.

Я прожевала свою венскую вафлю и покачала головой, не находя в себе сил притворяться, даже если от этого сейчас зависела наша с Громовым легенда.

Потому что… чтоб этому Громову пусто было!

— Нет, Алексей Вячеславович, вы тут совершенно ни при чём, — я долила себе крепкого кофе и снова уставилась в окно, на хмурившееся осеннее небо. — Просто настроение сегодня не очень.

— Надо же, как у вас с супругом всё синхронно, — Лисицын застучал чайной ложечкой по стенкам кружки, размешивая сахар. — Даже настроение.

Я покосилась на Лисицына в надежде, что не придётся вытягивать из него объяснение.

Не пришлось, слава богу.

— Уехал из дома ни свет, ни заря. Просто поражаюсь работоспособности Ярослава Дмитриевича.

— А я — вашей.

Наши взгляды неминуемо встретились, и в глазах Лисицына мелькнула хорошо скрываемая ирония. Будто он оценил мою «шпильку».

— Я, знаете ли, сплю очень мало. Мне и четырёх часов в сутки хватает. Вот такая особенность.

Ну теперь понятно, почему от «Фонда» отрядили именно его. Машина какая-то, а не человек. И если мне раньше было не по себе от странностей этого человека, то теперь и подавно. Ещё немного — и он признается, что умеет мысли читать и будущее видеть.

Хотя, пожалуй, обладай он такими талантами, смысла нас с Громовым караулить у него и не было бы. Он нашу ложь давно раскусил бы.

— Ваш муж частенько в городе ночевать остаётся… — Лисицын явно ждал моего подтверждения озвученного наблюдения.

Ну и что мне оставалось на это ответить?

— Частенько. Когда работа этого требует.

Или его потаскушки.

— Привыкли, наверное?

— На нас висит очень большой долг, Алексей Вячеславович, — я отхлебнула кофе, понадеявшись, что кружка в моей руке не тряслась.