Японская война 1904. Книга четвертая

Я присмотрелся: потертая, рваная и залитая кровью солдатская форма. Чужой кровью…

— Вы что, в бой ходили? — со вздохом спросил я.

— Ходил! Без оружия, конечно, в нестроевой команде, но ходил! — с вызовом ответил Лондон. — А то смотрел со стороны, слушал солдат и потом понял, что, если не попробую увидеть все изнутри, никогда себе не прощу.

— Почему не простите?

— Я же о войне пишу. А как можно честно о ней писать, если не сидел под обстрелом, не сжимал последнюю гранату?.. Знаете, теперь у меня совсем другие строчки в голове появляются. Настоящие! Например… Кому память, кому слава, кому черная земля… И я ведь даже не думал, это само теперь приходит!

Лондон взмахнул руками, изобразив какую-то новую идею, пришедшую ему в голову, и, широко улыбнувшись, убежал дальше в тыл. Хотя бы пообещал первому показать новую повесть, и то дело. А вот что мне совсем не нравилось, так это то, что уж слишком многие начали расслабляться, играть в героев. Тот же Корнилов, Лондон, да я сам, когда чуть не зевнул контратаку 12-й дивизии. И с этим точно нужно было что-то делать.

Глава 3

Смотрю на следы разгрома в палатке Шереметева: погнутый носик самовара, в беспорядке сваленные бумаги и сбитые в кровь костяшки пальцев.

— Надеюсь, никого не били? — кивнул я на руку командира 1-й штурмовой дивизии."

"— По дереву врезал, — Шереметев тяжело вздохнул. — Сам не понимаю, что нашло… Но, когда японцы нас чуть не разбили, так обидно стало. Мы же столько готовились… Столько солдат хороших погибло… А могло еще больше!

— И что вы решили в итоге? — я внимательно смотрел на Степана Сергеевича.

— Знаете? — Шереметев потер голову. — Я тут подумал: раньше ведь, до вашего появления, я как-то жил. Вставал каждое утро, отчеты писал, даже водил солдат в бой — и не знал проблем. Был уверен, что один человек все равно ничего не изменит, даже если что-то казалось неправильным… Но потом пришли вы и все сломали! Мы ведь теперь не кто-то там, а 1-я штурмовая! Мы — лучшие, на нас корпус смотрит, армия, мы просто не имеем права проигрывать, а я… Я чуть до этого не довел! Да какое не довел! Проиграли мы тому японскому генералу! И как мне теперь людям в глаза смотреть? Вам? Своим офицерам? Солдатам?

— И что вы думаете, когда сейчас смотрите на меня?

— Ничего не думаю, просто стыдно так, что удавиться хочется!

— Но дозоры вы выставили?

— Конечно.

— Проверили, что припасы и снаряды на завтра прибудут в достаточном количестве?

— Так точно, — Шереметев с каждым ответом все больше и больше приходил в себя. — Железные дороги тоже заранее разметили, так что сейчас рабочие могут тянуть их даже в темноте.

— И чего вы хотите теперь больше всего на свете?

— Победить, — Шереметев сам не понял, как это слово будто само по себе вырвалось наружу.

— Вот и хорошо, — я улыбнулся.