Рейд ценою в жизнь
Лето 1941 года. После захвата немцами Ельни образовался опасный выступ, глубоко вдающийся в нашу оборону. Над войсками, защищавшими Вязьму, нависла смертельная угроза. Советское командование приняло решение уничтожить образовавшийся плацдарм. Но для удачной операции нужны точные сведения о противнике. Разведвзвод лейтенанта Глеба Шубина получает задание во что бы то ни стало добыть "языка". Несколько вылазок в немецкий тыл оказались неудачными. Группа то попадала в засаду, то оказывалась под минометным огнем врага. Кажется, удача отвернулась от лейтенанта. Но Шубин не привык сдаваться. В очередном рейде он решил использовать необычный прием…
Уже на столе медсестра сделала больному инъекцию новокаина – дыхание было ровным, но долго такое продолжаться не могло – хирургическое вмешательство требовалось срочно.
Когда в окрестностях госпиталя разгорелась стрельба, доктор уже собирался вскрывать брюшную полость, пациент стремительно терял кровь.
– Павел Петрович, что это? – медсестра задрожала, втянув голову в плечи. Стрельба усилилась, кричали и бегали люди. – Павел Петрович, миленький, на нас напали! Что же делать? Нам надо уходить!"
"– Варюша, не мелите чепуху, – процедил доктор, не отрываясь от работы. Он словно ничего не замечал, только скулы побелели, из кончика носа на белый халат, забрызганной кровью, закопал пот. – Варюша, придите в себя, мы не можем бросить пациента. Если оставить его в таком виде, он умрет через несколько минут. Я не справлюсь один, надо удалить товарищу селезёнку, только в этом случае у него появится шанс.
– Павел Петрович, ну стреляют же!.. – девушка присела от страха, когда неподалеку от операционной кто-то взвыл. Пули прошили конусообразный потолок, затряслась лампа, прикрученная к цоколю-переноске.
– Варюша, успокоитесь, придите в себя, – доктор, словно убаюкивал её, пальцы уже не тряслись, скальпель аккуратно делал свою работу. – Всё хорошо, это нормальная, штатная ситуация… Если забыли, мы находимся на фронте, а не в районе Уральских гор. Всё будет хорошо!.. Пусть военные выполняют свою работу, а мы будем выполнять свою. Варенька, приготовьте эфир и хлороформ, если раненый придет в себя нам придется ввести и это обезболивающее… Варенька, не стойте, умоляю!.. Работайте, душа моя! Стреляют это обычное дело.
Это не было обычным делом. Медсестра кусала посиневшие губы, дрожало её кукольное личико, она забралась в шкаф, зазвякали флаконы.
Стрельба становилась оглушающей, она приближалась, ругались матом легкораненые, кто-то кричал, что в его винтовке остались только два патрона, нужно уходить…
– Зоя Ивановна, где ваши санитарки?.. Быстро уводите раненых! – надрывался мужской голос. – Эвакуируйте только тех, кто может передвигаться, иначе потеряем всех – охрана долго не продержится.
Откинулся полог в палатку всунулся санитар, с волос стекала кровь.
– Товарищ майор, Варвара… Почему вы ещё здесь?.. Быстро уходим!.. Немцы идут!.. – он побежал дальше.
Девушка прерывисто вздохнула, но продолжала искать нужную склянку.
– Варенька, что вы возитесь?.. Давайте скорее!.. – бормотал доктор. Он только что закончил вскрывать брюшную полость. – У больного внутреннее кровотечение… Посмотрите, что тут творится. Быстро ставьте укол, а потом сушите рану – марлей, бинтами – всем, что найдёте! Варенька, я заклинаю вас… Не стойте, работайте!..
