Ренессанс
Вся жизнь Готье была ложью, с которой он теперь не собирается мириться. Джером больше не согласен оставаться в тени и плыть по течению. И только Скэриэл по-прежнему хладнокровно преследует свои цели, идет по головам, сметая все на своем пути. Чистокровным, полукровкам и низшим стало слишком тесно в Октавии. Грядут большие перемены. Грядет Ренессанс.Сословное общество с четким разделением на три касты, где у низших нет никаких прав, – глазами юного члена привилегированного сословия. Роман полон культурных отсылок.Двухуровневое повествование, ведущееся от лица двух героев, ни один из которых не знает всей правды о таинственном и обаятельном Скэриэле Лоу.
Если они у нас засветились, то я хотел бы иметь под рукой как можно больше информации. Возможно, в будущем они ещё пригодятся.
– Ты будешь сортировать всех по цветам? – спросил я, выделив интонацией первое слово."
"– Все вместе, – непринуждённо проговорил Скэриэл, откусывая яблоко. – Я нечасто здесь бываю и не за всеми могу наблюдать. Ваше мнение поможет определиться. Но, – он поднял указательный палец, привлекая внимание, – я выбрал трёх первых кандидатов в зелёный лоток.
– Уже? Быстро ты, – отозвался Эдвард, садясь за стол. – Ну и кто же это?
– Анкеты под номерами двадцать три, – Скэриэл поднял взгляд к потолку, силясь вспомнить цифры, – двадцать девять и одиннадцать.
Я закончил подсчитывать анкеты и с облегчением выдохнул. Поправив стопку, аккуратно сложил её рядом на диване. Сейчас к нам на бесплатные обеды ходит тридцать один человек. И с каждым днём число желающих увеличивается. Как Скэриэл и говорил, бесплатные обеды дважды в неделю быстро привлекли внимание в Запретных землях.
– Джером, подай стопку. – Эдвард протянул ко мне руку.
Я поднялся, вручил ему заполненные листы и сел на место.
– Двадцать девять? – уточнил Эдвард, перебирая листы. – Аллен? Полукровка. Фамилия не указана.
– Он из секты «Приближённые к истине»? – поморщился я.
Я помнил Аллена с первого дня открытия «Дома Спасения и Поддержки». При заполнении листа он наотрез отказывался писать свою фамилию, объясняя это тем, что в их «семье» – малопопулярная секта, о которой ходили дурные слухи, – есть только два имени: первое, данное при рождении, и второе, известное членам коммуны после посвящения.
– Ага. – Скэриэл изобразил пальцами воздушные кавычки.
– Спасёт от чего? – спросил Эдвард, рассматривая анкету Аллена.
Скэриэл пожал плечами.
– От чистокровных, может? – Он почти прикончил яблоко. Не поднимаясь, нашёл глазами мусорную корзину у двери и закинул туда огрызок. – О да! Трёхочковый!
– Ты в это веришь? – нахмурившись, спросил уже я.
– Во что? – Скэр повернулся ко мне. – Что придёт мессия? Конечно, нет. Но я могу притвориться им в будущем и взять секту под свой контроль.
– Тебе по этой причине нужен Аллен? – Эдвард опустил лист в зелёный лоток.
– Он фанатик. – Скэриэл потёр ладонь, в которой держал яблоко. – Пусть всю энергию направит в нужное нам русло. Тут у кого-нибудь есть влажные салфетки?
Эдвард выдвинул один из ящиков письменного стола и кинул ему пачку салфеток.
– Аллен не выглядит умным, – скептически отметил я.
– Смелость или безрассудство, – рассуждал Скэриэл, вытирая руки. – Я ещё не определился с ним, но он легко загорается делом, если надо. Ему шестнадцать. Поумнеет.
















