Ренессанс

 – Оливия тайно передала мне телефон, и когда я уже набрался храбрости позвонить, то услышал шаги в коридоре. Так что я испугался и отключился. – И тут он восторженно произнёс: – Оливия сказала, что ты ударил Клива в коридоре. Это правда? Я в шоке.

Я бросил мимолётный взгляд на Леона.

– Сам не знаю, как так вышло. – Кажется, я уже в сотый раз именно так комментировал стычку с Кливом.

– Хотел бы я это увидеть, – мечтательно протянул Оливер и обратился к Леону: – Ты видел, да?

Говорить с Леоном о Кливе в свете последних событий было странно. Теперь, когда я узнал, что их связывает нечто большее, чем простая неприязнь, хотелось как можно скорее сменить тему.

– Да. – Голос Леона звучал ровно. – Сам удивился.

– Кстати, я сдал экзамен по тёмной материи на высокий балл. – Я всё же попытался сменить тему разговора.

– Ух ты, – воскликнул Оливер. – Правда? Круто!

– Это замечательно. – Леон мягко похлопал меня по плечу, и я не вовремя вспомнил, как он заломил мне руку. И чуть было не дёрнулся от его прикосновений.

– Я и не ожидал другого, – мягко улыбнулся Скэриэл.

Несмотря на то что полчаса назад мы чуть не загрызли друг друга в гостиной, я нашёл в себе силы неуверенно улыбнуться ему.

– Готье, ты большой молодец. – Оливия прикоснулась к тыльной стороне руки своими тёплыми тонкими пальцами, и у меня мурашки пошли по коже. Тот инцидент в библиотеке с карандашом и угрозами сейчас показался мне нереальным – будто бы приснился.

– Спасибо вам, – смутился я.

– А вообще это надо отметить! – громко предложил Оливер.

– Поддерживаю, – согласился Скэриэл.

– Я не против, тем более экзамены позади, можно выдохнуть. – Леон посмотрел на меня с примирительной улыбкой, мол, давай зароем топор войны, забудем всё, что было в торговом центре.

– Ладно, – ответил я. – Можно хоть сегодня, только к ужину мне надо быть дома.

– Как насчёт заказать еды? – предложил Скэриэл.

Спустя час мы уже сидели, наслаждаясь тремя большими пиццами, и с непониманием наблюдали, как Леон откусывает кусок, сдобренный ананасом.

– Меня сейчас стошнит, – театрально проговорил Оливер, изображая рвотные спазмы. – Гавайскую пиццу нужно запретить на законодательном уровне.

Леон тихонько фыркнул, демонстративно жуя с особым наслаждением.

– Прекрати, – пристыдила Оливия брата. – Тебя никто не заставляет есть.

– Ты сущий дьявол, – не унимался Оливер, отодвинувшись от Кагера. Леон в голос засмеялся.

– Дайте мне тоже попробовать. – Скэриэл протянул руку к гавайской пицце.

– Нет, стой, не переходи на сторону зла! Что дальше? Начнёшь носить кроксы и топить котят?

– Чем тебе кроксы не угодили? В Запретных землях в них ходят, особенно дети, – посмеивался Скэриэл, уцепив кусок пиццы, щедро усыпанной кусочками ананаса.