Ренессанс

Не хотелось думать, что он отправился куда-то в пальто в такую холодрыгу.

– Привет, – произнёс я. – Мне нужно… – но Джером, не выслушав, просто развернулся, оставив меня в дверях, – поговорить со Скэром.

Очередной гостеприимный жест со стороны Джерома. Я вошёл, на ходу стягивая шарф. Джером быстро поднялся по лестнице, видимо, чтобы сообщить о моём приходе. Или стремясь убраться с глаз долой, не желая перекинуться даже парой слов. Этот парень просто не переваривал меня и совсем этого не скрывал. Наверное, так и поступают низшие. Они не лгут, не лицемерят, а сразу показывают своё истинное отношение. В этом были и плюсы.

Пока я по-хозяйски наливал себе стакан воды на кухне, ко мне спустился удивлённый Скэриэл. Он был в растянутом чёрном свитере, словно с чужого плеча, клетчатых домашних штанах, и впервые в этом доме я видел его в носках.

– Привет! – На его лице появилась радостная улыбка. – Что-то случилось? Ты мне звонил? – Он вытянул телефон из кармана и бросил короткий взгляд на экран.

– Не звонил. Надо поговорить. – Я сделал ещё один глоток воды. Скэр беззаботно подошёл ближе. Нахмурившись, я вытер губы тыльной стороной руки.

– О чём? – Он не спускал с меня глаз.

Я вылил недопитую воду в раковину и сполоснул стакан. Скэриэл словно чувствовал, что разговор выйдет непростым, и выглядел слегка нервозным. Не будь я с ним так долго знаком, может, и не заметил бы этого.

– Мы можем остаться наедине?

– Конечно, – кивнул Скэриэл.

Джером в это время не спеша спускался по лестнице, но, услышав мою просьбу, замер. Раздражение так и читалось на его лице. Я бы не удивился, пошли он меня куда подальше.

– Оставь нас, – обратился к нему Скэриэл.

На долю секунды я расслышал в его голосе металлические нотки."

"Джером развернулся и тяжело поднялся по лестнице. Я дождался громкого хлопка двери, донёсшегося со второго этажа, прежде чем заговорить. Джером явно давал понять, что он очень зол. Интересно, у него вообще бывает хорошее настроение? Каждый раз, когда я его видел, он был мрачнее тучи.

Скэриэл улыбнулся мне, но я не смог ответить ему тем же.

– Я всё знаю, – проговорил я тихим голосом.

– О чём?

– Почему ты врал мне? – Мысленно я дал себе подзатыльник. Вопрос звучал как в третьесортной драме. – Я хотел сказать, что…

– Слушай, Готи, я не совсем тебя понимаю. – Скэр нервно хихикнул. – Это пранк или что? – Он вальяжно уселся на стул. – Репетируешь роль для очередного проекта? Ставите «Отелло» Шекспира в лицее?

Внезапно он поднялся, вскинул руку и угрожающе продекламировал, обращаясь к холодильнику, сверкая при этом напускным гневом:

Сейчас! Итак, покайся добровольно В своих грехах, затем что даже клятвой, От каждого отрёкшись обвиненья, Ты ни сломить, ни изменить не в силах Суровое решение моё[3].