Ренессанс

Это лучшее чувство, которое я только мог испытать. Рука гудела от удара. Мне стоило огромных усилий не взвыть от боли. Я лишь плотно сжал челюсти, подавляя звуки. Кажется, я сломал себе большой палец, но вид шокированного Клива, прижимающего ладонь к лицу и стонущего от боли, показался мне поистине идеальным началом дня. Через секунду из его левой ноздри потекла, очерчивая губы и подбородок, тонкая алая струйка. Он медленно, словно в прострации, оторвал от меня рассеянный взгляд и посмотрел на испачканную ладонь. Его глаза расширились, как будто он никогда прежде не видел крови.

Некоторое время я с садистским удовольствием наблюдал за ним, желая запечатлеть этот момент в памяти, чтобы возвращаться к нему снова и снова в минуты печали.

Кровь просачивалась между его пальцами, капала на пол, пачкала рубашку и брюки. Клив пытался что-то грозно говорить, но выходило невнятно. Нос подозрительно сместился чуть в сторону. Большой кровавый пузырь вырос из ноздри и лопнул. Выглядел Клив уродливо и жалко.

Теперь уже он испуганно смотрел на меня, не веря своим глазам. Кажется, он всё ещё не мог осознать происходящее.

"

"Я больше не улыбался. Удовольствие притупилось. Теперь, глядя на него, я чувствовал только сожаление. Конечно, Клив тот ещё ублюдок, но именно сейчас он был ни при чём, а я просто воспользовался моментом. Мне стоило огромных усилий не броситься к нему с извинениями. Если вначале меня обуревала ярость, готовая вырваться наружу и обрушиться на любого, кто попадётся под горячую руку, то сейчас я чувствовал себя последним негодяем. Я больше не испытывал удовлетворения из-за того, что ударил его. Хуже того, теперь мне казалось, что я ничем не лучше Клива.

Как цунами, на меня обрушились все звуки и голоса, отчего виски пронзила резкая боль. Позади и по сторонам собралась толпа. Зеваки голосили, охали и шептались. Кто-то показывал на меня пальцем. Какая-то девчонка из младших классов подскочила и протянула Кливу платок. Одноклассник Клива, имени которого я не знал, подошёл к нему и попробовал утащить в сторону. Я выдохнул, словно долгое время находился под водой.

– Ты… – прошептал сбоку Леон севшим голосом, обращаясь к Кливу. – Ты как?

Я с досадой повернулся к Кагеру.

Леон выглядел расстроенным. Он… что-то чувствовал к Кливу? Меня это привело в смятение, но я не мог сейчас позволить этим мыслям отвлечь меня. Никто не собирался расходиться. Клив безуспешно пытался остановить кровь. Он запачкал платок, прижимая его к носу. К этому времени подоспел кто-то из преподавателей. Кажется, картина перед ним предстала прескверная, раз даже он опешил и растерялся. За всем случившимся я не заметил, когда успел прозвенеть звонок. Клива увели два его одноклассника, быть может, в медчасть.