Иллюзия греха

— Господи, что ты тут можешь понять? — изумилась Настя.

— Ничего не понимаю, ни слова. Так чудно, — Ира робко улыбнулась. Слова вроде все знакомые, простые, а понять ничего не могу. Неужели Натка это все знает?

— И даже больше. Судя по рассказам Волохова, она очень прилично разбиралась в математике, насколько это вообще возможно в ее положении. Твоя сестра действительно необыкновенно способная.

— А... этот... ну, Волохов, он что, занимался с ней?

— Он так говорит.

— Вот видите, значит, он все-таки о ней заботился. Нет, не может быть, чтобы мы были ему безразличны. Анастасия Павловна, почему он не хочет меня знать? К младшим ходит в больницу, а ко мне ни разу не пришел. Это из-за того, что я такая страшная?

— Господи, Ириша, что ты такое говоришь? — возмутилась Настя. — Кто тебе сказал, что ты страшная? Глупости какие!

— Нет, правда, у меня все лицо в прыщах, и спина тоже. Ему, наверное, неприятно, да?"

"Черт с ним, внезапно подумала Настя, если девочка хочет сказку, она ее получит. Как бы там ни было, но всей своей несчастной жизнью она эту сказку заслужила.

— Послушай меня, Ирочка, я вчера не все тебе рассказала. Даже не знаю, почему решила сначала утаить от тебя правду, но теперь, думаю, надо сказать. Волохов очень хорошо тебя знает.

— Откуда?

— Он живет рядом с тобой.

— Прямо в нашем доме? — вскинулась Ира.

— Да.

— А в какой квартире?

— В твоей.

Повисло молчание. Ира напряженно обдумывала услышанное, не сводя с Насти пристального взгляда. Потом тихонько сказала:

— Георгий Сергеевич. Он мне сразу так понравился. С самого первого дня. Я как чувствовала... Как чувствовала... Он всегда обо мне заботился, старался подкормить, помочь чем мог. Теперь я точно знаю, мы ему нужны. Просто он боялся, что мы его не простим. Как хорошо, что вы мне сказали.

У Насти язык не повернулся объяснить Ире, что Волохов жил рядом с ней не потому, что пытался помочь, а исключительно потому, что ему необходимо было наблюдать за одним из самых удачных объектов своих чудовищных экспериментов. И вопрос о том, простят или не простят его дети и их матери, беспокоит доктора Волохова в самую последнюю очередь, если вообще беспокоит.

За окном стало уже совсем светло, теперь уж вор не появится, ему нужна темнота. Настя отпустила Иру на работу, выпила вторую чашку кофе и стала готовиться к следующему рабочему дню в библиотеке.

Веселая Ниночка появилась в читальном зале сразу после обеда. Настя сначала не обратила на нее внимания, продолжая подбирать заказанную читателями литературу и расставляя по полкам те книги, которые уже сдали.

— Настя, — окликнула ее Ниночка, — кому ты выдавала перевод Дюруа?

— Никому, — машинально ответила Настя, потом спохватилась: — А в чем дело?

— Не могу найти. Ты его не перекладывала никуда?

Вот оно.