С любовью, Рома

— Но факты…

— Какие факты?! Парочка неясных анализов и несколько кровотечений, после того как ты не помнишь, каким образом оказался в Москве?

Он посмотрел на меня с укором, явно взывая к благоразумию, вот только это было не так просто…

— Тогда давай я тебе напомню, как вы сами всё моё детство тряслись вокруг меня при любой температуре? Сколько раз меня таскали сдавать кровь… просто потому, что вам от этого спокойней становилось?!

Папа побледнел и… виновато отвёл глаза.

— Вот тогда и расскажи мне сам, как и… на что я должен реагировать адекватно. Потому что я сам не понимаю.

Ответа не последовало, я же, размахивая руками, ушёл в другую комнату, застыв у огромного окна, выходящего на ту самую реку."

"Папа пришёл через минуту, немного постоял у меня за спиной. Украдкой разглядывал его отражение в отблесках стекла. После чего отцовская рука тяжело легла мне на плечо и сжала его.

— Наша с мамой вина, что эта тревога передалась и тебе.

— Наверное, у вас иначе не получалось, — с комом в горле отозвался я.

— Не получалось, — кивнуло мне отражение на стекле. — Просто это именно тот страх, что въедается в подкорку, и от него… не так просто избавиться.

— Мне жаль… что вам из-за меня пришлось пройти через это всё.

— Дурак, — фыркнул отец, надавив мне на плечо и вынуждая повернуться к нему. — Каждое мгновение этой грёбаной борьбы стоило того… ведь в результате ты остался с нами… и вон каким лосём вымахал, — он кивнул головой вверх, намекая на мой рост. — И если… не дай бог, всё повторится вновь, то я согласен проходить это опять и опять, лишь бы ты был жив и, по возможности, счастлив.

В носу предательски защипало, и я решил признаться в главном:

— Пап, я так устал… бояться.

Он понимающе моргнул.

— Понимаешь, бояться — это нормально. Особенно с такими невротизированными родителями, как мы, — натянуто пошутил он. — Но здесь необходимо принять тот факт, что все мы смертны. Ты, я… мама, Стас… остальные, — слова давались ему непросто. — И рано или поздно мы все уйдём из этого мира, хотелось бы, конечно, позже… Но никто не знает когда, и в этом… вся ценность нашей жизни. Давай по закону — человек невиновен, пока не доказано обратное. Так и тут. С тобой всё в порядке, пока…

Договаривать он не стал.

— Я запишусь к врачу, как приедем, — пообещал я. — И… не буду ничего загадывать заранее.

— Вот так мне нравится гораздо больше. А то развели тут… цирк.

Ругался он уже для формы.

— Па… — попытался отмахнуться я от его наставлений.

— Что па?! — вспыхнул родитель. — Хочешь сказать, что я неправ? Ладно, проехали. Лучше мне скажи, что там с Соней.

— Я не знаю. Мне казалось, что у нас всё в порядке.

— В порядке ещё не означает, что всё хорошо.