Сага о Копье: Омнибус. Том I

Ниракина сжала руку молодого придворного:

— А ты как думаешь, Там? На чьей ты стороне?

— И ты еще спрашиваешь? Еще совсем недавно я был одним из несчастных изгнанников — бездомных, нищих, презираемых всеми. Они имеют право на заступничество Пророка.

— Мы еще посмотрим, что можно сделать, чтобы завоевать его, — с жаром ответила Ниракина.

Она удалилась в свои покои, а Таманьер, бесшумно ступая, направился своей дорогой. Если жена Пророка будет бороться за них, бездомные поселенцы скоро почувствуют милость Ситэла. И кто знает, может, и Мирителисина выйдет из тюрьмы, чтобы продолжать помогать бедным.

Покинув главную башню, Таманьер широкими шагами направился по пустому коридору восточного крыла, идущему вдоль балкона.

Внезапно он услышал голоса. Голоса чужеземцев. Таманьер достаточно долго жил среди людей, чтобы узнать их язык.

— …Играть в эти глупые игры? — жаловался женский голос, напряженный от волнения.

— Так долго, как понадобится. Такова воля императора, — отвечал низкий мужской голос.

— Чего только я ни делаю ради отца! Надеюсь, он это ценит!

— Он ведь платит твои карточные долги, верно? — сухо заметил мужчина.

Таманьер знал, что подслушивать некрасиво, но он был заинтригован. Он застыл на месте. Так как люди находились на балконе этажом ниже, их слова ясно доносились до него по центральному атриуму.

— Я не доверяю этому Дунбарту, — заявила женщина. — Он перепрыгивает с одной стороны на другую, словно кузнечик.

— Он находится только на одной стороне — на своей собственной. Сейчас Торбардин не готов к войне, и он надеется натравить нас на эльфов. Он умен, но я вижу его насквозь.

— Он меня раздражает.

И принц Ситас тоже. Как он смотрит на меня! Говорят, что эльфы обладают вторым зрением. — Женщина повысила голос. — Как ты думаешь, он может читать мои мысли?

— Успокойся, — ответил ее собеседник. — Не думаю, что это возможно. Но, если это тебя беспокоит, я поговорю с нашим другом.

Шаги удалялись по балкону через атриум от того места, где находился Таманьер. Он напряженно замер, боясь быть обнаруженным. Секретный разговор внизу прекратился.

В дальней стороне балкона, в тени, Таманьер разглядел молодого жреца Голубого Феникса, Камина Олуваи, прятавшегося от лучей вечернего солнца.

Таманьер изумился: что здесь делает жрец? Однако Камин не заметил его, и Таманьер поспешил прочь с балкона. Разговаривавшие люди, несомненно, были госпожа Тералинд и Ульвиссен, но что означала их странная беседа?

Он был новичком в дворцовых интригах. Кто такая на самом деле Тералинд? Что она скрывает? Что это за «друг», о котором упоминал Ульвиссен? Может, это предатель, о котором рассказал Ситэл в тот вечер за обедом?

Таманьер поспешил прочь.