Сага о Копье: Омнибус. Том I

Если люди считают целесообразным вступать в нее, почему гномы должны принимать во всем этом участие?

Ситас в изумлении обернулся к Кит-Канану, но внешне сохранял спокойствие.

— На нашей стороне люди не сражаются. Да, в осажденной крепости есть люди — главным образом женщины и дети, — они укрылись от врага. Это всего лишь невинные жертвы войны. Это не меняет ее характера!

— Хорошо, есть еще более странные вещи, — произнес посол с обвинительным шипением. — Объясни присутствие эльфов в армии Эргота!

— Ложь! — вскричал Ситас, забывшись, и вскочил на ноги. Зал, полный придворных и аристократов, огласили яростные крики гнева и протеста.

Телохранители Тан-Кара, рассвирепев, схватились за оружие.

— Целые отряды эльфов, — продолжал гном, игнорируя ропот толпы. — Им не по душе ваша имперская гегемония…

— Это изменники родины! — фыркнул Ситас.

— Все это лишь слова, — возразил Тан-Кар. — Я всего лишь хотел показать, как запутан весь этот конфликт; сейчас вмешательство гномов преждевременно и граничит с безумием.

Кит- Канан больше не в состоянии был сдерживаться. Спустившись с возвышения, он пристально взглянул на гнома, который более чем на фут был ниже его ростом.

"

"— Ты искажаешь истину и своими словами лишь позоришь свою страну!

Он продолжал, и голос его походил на рычание:

— Эльфы, воюющие на стороне Эргота, — отдельные негодяи, соблазнившиеся людским золотом или обещаниями могущества. Даже подобные тебе не могут исказить сути конфликта. Ты извергаешь потоки лжи и извращаешь истину, сидя в безопасности, далеко от фронта; прячешься, словно трус, под одеянием посла. Меня тошнит от тебя!

Тан- Кар с прежней невозмутимостью шагнул вперед и обратился к Ситасу:

— Об этих несдержанных речах твоего генерала я в должных выражениях сообщу своему королю.

Это не будет способствовать достижению твоих целей.

— Это новый пример дипломатического поведения, и моему терпению пришел конец. А теперь убирайся! — гневно прошипел Ситас, и в зале воцарилась мертвая тишина.

Если на гнома и произвела впечатление ярость Пророка, он успешно скрыл это. С рассчитанной наглостью он провел свою колонну по Приемному Залу и скрылся за дверями.

— Откройте окна! — рявкнул Звездный Пророк.

 — Здесь воняет!

Кит- Канан тяжело опустился на ступени помоста, не обращая внимания на удивленные взгляды чопорных эльфийских аристократов.

— Я бы с удовольствием придушил его, — проворчал он, обращаясь к подошедшему брату.

— Аудиенция окончена, — объявил Ситас остальным эльфам, и, когда последний из бесчисленных придворных покинул зал, Кит-Канан озабоченно вздохнул. В огромном зале остались лишь Квимант, близнецы и Нирикана.

— Я знаю, что не должен был позволять ему вывести меня из себя таким образом.