Сага о Копье: Омнибус. Том I

— Кто их построил?

— Коготь. Драконы, когда им это требуется, могут соединять дыхание и слюну так, что получается кислота. Тебе ведь это известно?

Но я раньше об этом не знал.

— Зачем ему здесь ступени?

— Узнаешь.

Больше Тарран ничего не сказал, всецело погрузившись в себя, так же как при нашей первой встрече в увитой розами беседке Цинары. Я натянул лук и перебросил его через плечо, убедился, что стрелы вынимаются легко, и обнажил меч. Это хорошее, прочное оружие всегда вселяло в меня бодрость. Но не на этот раз. Мои волосы поднялись дыбом, встопорщившись, как иголки, на руках и шее, когда я вошел вслед за Тарраном в логово дракона.

Я думал, что увидел безглазые черепа, разбросанные по полу, раньше Таррана. Может, это и так, но он знал, что они там есть.

Их было четыре — голые кости, принадлежавшие, судя по их размерам, гномам. Недоступные солнцу, ветру и дождю черепа так и не побелели — коричневые, старые, блестящие, с зияющим оскалом и широко раскрытыми глазницами. Один из черепов был прямо посередине расколот пополам, а три целых покрыты похожими на темное кружево трещинами.

— Роусон, — сказал Тарран, показывая на один из трех целых черепов.

 — А вот Вульф. А здесь Оран.

Он подошел и опустился на колени перед разбитым черепом, две части которого лежали в отдалении от остальных. Я поднял факел, а гном опустился на колени в самой середине темного пятна на полу, широкой растекшейся полосы цвета ржавчины. Здесь он лежал, истекая кровью, и умолял своих родичей бежать. Они этого не сделали. Один за другим они бросали дракону вызов из-за него, каждый раз попадаясь на приманку, пока все не погибли, а Тарран остался один в луже собственной крови среди покалеченных тел своих родичей.

Их предсмертные крики снились ему в ночных кошмарах все двадцать лет.

Гном прикоснулся к разбитому черепу с такой нежностью, как будто это была живая плоть — осколки костей принадлежали его брату, а темное пятно на полу было их общей кровью.

— Их убили слишком жестоким способом, — сказал Тарран. Он поднялся на ноги и встал рядом со мной. — Злобным, жестоким способом."

"Произнося эти слова, он не смотрел ни на кровавую отметку, ни на меня, проверяя, насколько легко ножи выходят из ножен.

Удостоверившись, что при необходимости любой можно быстро выхватить, гном обнажил нож с рукоятью из драгоценных камней и оставил в руках:

— Ты готов, Райл?

Я ответил утвердительно, хотя во рту у меня пересохло.

— Потуши факел.

Я, желая сохранить как можно больше света, медлил.

— Давай же туши.

Я погасил огонь, и, когда мое зрение привыкло к темноте, оказалось, что здесь светлее, чем я предполагал. Через огромное отверстие в потолке косым столбом молочного цвета струился вниз звездный и лунный свет.