Сага о Копье: Омнибус. Том I

Он хотел узнать чувства своего народа.

Кемиан, однако, не мог оставаться спокойным.

— Тихо! — проревел генерал. — Имейте уважение к Пророку!

— Сильванести! — крикнул кто-то ему в ответ, и слово это прозвучало, словно ругательство.

Молодой воин, сгорая от гнева и смущения, оглянулся на своего повелителя. Кит-Канан, казалось, погрузился в размышления.

— Государь, — в отчаянии произнес Кемиан, — мне кажется, лучше будет тебе уверить их, что я не твой наследник! — Голос его был напряженным, но искренним.

— Скажи же что-нибудь! — сквозь зубы прошипела Иртения.

Наконец Пророк поднял руку.

— Добрые люди, — начал он. Толпа мгновенно затихла в ожидании. — Я понимаю вашу заботу о троне. Лорд Амбродель — верный и отважный слуга. Он станет превосходным Пророком…

— Нет! Нет! — взорвалась толпа. — Не хотим Сильванести! Долой Сильванести! — нараспев повторял народ.

Кемиан, сам потрясенный словами Пророка, едва слышал оскорбления.

— Вы забыли, что я принадлежу к королевскому Дому Сильваноса? — ледяным тоном ответил Кит-Канан. — Нет более чистокровного Сильванести, чем я!

— Ты Пророк Солнца! Отец нашего государства! — возразил мужской голос.

 — Нам на троне не нужен какой-то придворный мальчишка-Сильванести. Нам нужен правитель, в жилах которого течет твоя кровь, или не нужно никакого!

— Твоя кровь или никакой! — подхватило большинство в толпе.

Кемиан ухватил поводья, готовый ворваться в гущу невооруженных Квалинести и покончить с этими оскорблениями. Кит-Канан наклонился и положил руку на локоть воина. Кемиан сердито, с горящими глазами воззрился на Пророка, но не сделал попытки высвободиться. С неохотой он остановился, и Кит-Канан отпустил его закованную в железо руку.

"

"— Возвращайся в дом Пророка, генерал, — холодно приказал Кит-Канан. — Я скоро последую за тобой.

— Государь! — Кемиан, отсалютовав, развернул поднявшуюся на дыбы лошадь.

Торговцы и крестьяне рассыпались в стороны, давая ему дорогу. Генерал с криком пришпорил коня. Под громкий стук копыт конь и всадник промчались сквозь рыночную площадь и исчезли в глубине извилистой улицы.

Народ обрадовался этому внезапному отъезду. Кит-Канан, почувствовав отвращение к толпе, собрался уже последовать за Кемианом, как вдруг Иртения спрыгнула с лошади.

— Слишком я стара, чтобы сидеть так высоко и так долго, — громко заявила она, с преувеличенной заботой потирая спину. — Семьсот девяносто четыре года я пешком ходила всюду, куда мне было нужно. Ну а теперь я сенатор, и мне не положено ходить пешком. — (Стоявшие близко к женщине-Кагонести зафыркали.) — Надо платить за то, что сидишь в Талас-Энтии, — хрипло продолжила она.

Вокруг засмеялись.

Кит- Канан, ослабив поводья, сидел неподвижно, удивляясь, к чему ведет хитрая сенаторша.