Сага о Копье: Омнибус. Том I

Она его никогда не оставит! «Вы безумцы. Вы большие безумцы, даже чем Дракос, который верил, что может стать богом. Он предпочел забвение моей милости. А что спасет вас?»

Вдруг словно раздвинулся гигантский занавес: перед ними стояла Такхизис. У Хумы перехватило дыхание.

Каждая голова огромного дракона смеялась над ним. Пять разноцветных голов. Пять разных, не похожих один, на другого гигантов. Хитрый и жестокий зеленый. Крепкий, толстокожий белый. Могучий, все разрушающий красный. Непредсказуемый черный. Властный голубой. Пять шей непрерывно извивались.

Глаза Такхизис неотступно следили за Хумой.

Гигантский дракон был более шестидесяти футов. Но каждое движение Такхизис поражало изяществом.

Невозможно было предугадать, что она сделает в следующее мгновение.

«Теперь ты меня видишь. И ты все знаешь».

Самая маленькая белая голова вдруг с силой выдохнула. Хума увидел: на него устремился морозный конус. Но Гвинес вовремя отлетела в сторону, и ледяная струя не задела их.

Многоцветный дракон издевательски захохотал. Это было не более чем игрой. Кошка решила позабавиться с мышкой, прежде, чем съесть ее.

Ветер бушевал с неистовой силой, но серебристая драконесса всетаки сумела еще ближе подлететь к горе.

Издевательский смех Такхизис сменился удивлением. Движения ее стали нерешительными. Каждая пара глаз пятиглавого дракона внимательно всматривалась в Хуму. Такхизис подняла одно крыло. У обычного дракона это означало бы, что он озадачен…

Хума велел Гвинес приготовиться к атаке и что есть сил сжал Копье.

Пять голов в недоумении застыли.

Рыцарь был готов к бою.

Буря, поднятая Такхизис, усилилась десятикратно и вынудила Кэза и Стремительного спрятаться за скалой.

Они лишь увидели, что серебристая драконесса и рыцарь подлетают к самой вершине горы. Кэз шептал молитвы всем бегам из храма Паладайна, которых он только смог вспомнить. Последняя и самая страстная его молитва была обращена к Платиновому дракону — богу, известному среди людей по имени Паладайн.

Пронизывающий холод. Вспышки молний. Шипящие струи ядовитого газа. Яркие языки пламени. Брызги кислоты.

Каждая голова Такхизис извергала на рыцаря и серебристую драконессу всю свою мощь.

Гвинес маневрировала умело, но все же брызги кислоты прожгли ей крылья, спину обожгло языком пламени. Хума не выпускал светящееся Копье из рук.

Однако им не удалось нанести Такхизис ни одного удара. Но ведь и Такхизис не удалось уничтожить их! А значит, Владычица Тьмы не всесильна.

Гвинес выпустила струю холода на зеленую голову Такхизис, и голова затрепетала, как лист на осеннем ветру. Возле самого лица Хумы щелкнули челюсти красной головы. Гвинес едва успела отскочить в сторону.