Самая грешная ночь

— Как себя чувствуешь? — ласково спросил меня, не отрывая от меня своих глаз. — Возможно, прогулка верхом была не самой лучшей идеей. Мы можем остаться в доме и совершить её в другой раз."

"— Нет, я в порядке, — зарделась, от ночных воспоминаний, покрываясь ярким румянцем. — Можем ехать. Свежий воздух как раз то, что мне нужно, — произнесла я, опустив голову, пытаясь скрыть смущение и внезапную дрожь.

— Ты боишься? — спросил, едва ощутимо касаясь пальцами моего лица.

— Что? — переспросила в замешательстве. — Нет, — улыбнулась, качнув головой.

Страх совсем не то чувство, что я сейчас испытывала рядом с ним. Скорее волнение. Желание, которое сводило с ума. Думать не могла ни о чём другом, кроме его поцелуев и жарких объятий. Этот мужчина сделал меня одержимой, зависимой от его ласк, взгляда, голоса. Превратил в обезумевшую и желающую того, о чём я раньше и не думала вовсе…

— В таком случае выдвигаемся, — улыбнулся, отступая от меня к жеребцу, который нетерпеливо фыркнул. — Дюранго заждался.

Только сейчас поняла, что он говорил вовсе не о себе, а о том дьяволе, на котором мне предстояло сесть верхом.

Исчадие ада укоризненно покосился на меня и ударил копытом о каменную брусчатку, показывая своё недовольство. Боже…

— Справишься? — спросил Ричард, вручая мне поводья.

От одной мысли, что сейчас окажусь на нём, в глазах потемнело.

— Конечно. Без проблем, — выдавив из себя улыбку, посмотрела на стремена.

Эмма, спокойно! Без паники. Ты справишься! Подумаешь … ерунда какая.

Чёрт! Неужели у Фостеров не нашлось лошадей спокойней этого зверя?

— Смелее, — произнес мужчина, наблюдая, как я осторожно провожу ладонью по шее животного. — Он самый смиренный из всех, что у нас имеется.

Самый? Тогда страшно предположить, что из себя представляют остальные.

— Держись за седло, — легко, словно пушинку, усадил меня верхом на пританцовывающего дьявола.

— Не показывай слабость, — сказав, хлопнув ладонью по мерину. — Иначе он не станет тебе подчиняться.

Да разве это реально? Я от страха едва не теряю рассудок.

— Да, я знаю, — ответила ему, стараясь сохранять спокойствие. — Отец говорил мне тоже самое, но этот демон… видимо, ему всё равно.

— Я рядом, — напомнил мужчина, выводя из стоила своего скакуна чёрной масти.

— Всевышний, — прошептала я, наблюдая с какой прытью и темпераментом был мерин у Ричарда.

— Дюранго … очень даже милый, — хохотнула нервно, наблюдая за Ричардом.

— Дакар своенравный, — прокомментировал Фостер. — Но мы с ним отлично ладим. Не беспокойся.

Да, он прав. Стоит лучше побеспокоиться о себе.

— Держись рядом, — сказав, мужчина двинулся вперед. — Натяни поводья, Эмма.

— Да, — отозвалась. — Я пытаюсь.

Да только выходило скверно.