Самая младшая из принцесс

Его сердце билось под моей ладонью, и я улыбалась, чувствуя нежность этого мужчины, в бережном касании к своим волосам, плечам.

— Интересно, как давно вы поняли, что я люблю вас? — спросил Финч.

Я замерла.

— Что? — чуть отстранилась, взглянув в глаза, такие чужие, но и родные одновременно. Их выражение, их мягкость, их прищур — все было от настоящего сэра Генри.

— Вы ведь знаете, что я люблю вас, Элизабет?

— Теперь да, — я тихо засмеялась, — но вы правы, милорд.

— Генри, — он перебил меня, — называй меня Генри.

Я спрятала лицо на его груди.

— Вы правы, Генри, — имя опекуна легко сорвалось с моих губ, словно они уже не раз произносили его вслух, — Кажется, я действительно, давно поняла, что вы любите меня, а я. — осеклась и, набравшись смелости, выпалила, — а я люблю вас!

— Элиза! — он взял меня за плечи и заставил снова посмотреть на себя. — Элиза, — уже тише и мягче, — я самый счастливый человек на свете. А теперь поклянитесь мне, что сделаете все возможное, чтобы не пойти под венец с Эдвардом. Совсем скоро я вернусь назад. Надо продержаться несколько дней. Моя магия уже вернулась, а значит, скоро и я вернусь в свое тело.

— Магия Эдварда тоже возвращается к нему? — спросила я, хотя в голове все еще безумно и радостно стучало его признание в любви.

— В том то и дело. Маргарет что-то сделала не так, когда говорила заклятье или что еще, но насколько я понимаю, мы с Эдвардом скоро сможем вернуть свои тела. Я уже чувствую себя относительно спокойно в часовне, хотя еще несколько дней назад не мог даже ступить на порог.

— Эдвард приходил сюда? — я вспомнила рассказ лже-Генри о том, что он пытался вызвать брата-некроманта с помощью свечи. Как же хорошо, что у него ничего не вышло.

— Приходил, да вот только я подозревал, что вы все расскажете ему. С вашей любовью к честности, этого стоило ожидать. Я проверял, кто именно был здесь. Я надеялся. Глупо, наверное. Ведь сам запрещал вам приходить сюда и совершать безрассудные поступки. Ведь если бы это был не я. Здесь. Сегодня.

Я сделала несколько шагов в сторону. В моей голове возник новый вопрос, ответ на который Финч просто обязан был мне дать.

— Скажите милорд, — произнесла я и, заметив, как вопросительно приподнял брови Финч, тут же с улыбкой поправилась, — Генри.

Он улыбнулся.

— Скажите, Генри, если Эдвард. — произнести вслух эти страшные слова я не смогла, но Финч все понял, по выражению моего лица.

— Вы думаете о том, что случится, если Эдвард убьет меня до того, как я успею вернуться назад в свое тело.

Я кивнула.

— Тогда он останется в моем, — просто ответил опекун.

— Тогда на поляне.

— Вы спасли нас обоих.

— Это ужасно! — я подняла руки, прижав ладони к щекам.