\

Он уже сто раз пожалел, что согласился на эту встречу…

Однако Джулия не отставала.

— Тогда — что же?..

Брэфорд принялся сосредоточенно изучать носки своих ботинок — он по–прежнему не смел поднять глаз на свою бывшую возлюбленную…

— Что же?.. Разве ты не обещал мне, что при необходимости сможешь сказать то же самое на судебном процессе?..

Вид у Джулии был очень решительный — Брэфорду ничего больше не оставалось, как согласиться.

— Ну да…

— Разве ты не говорил мне, что сделаешь это не ради Мейсона, но ради меня?..

И вновь Гарри кивнул.

— Говорил…

Пожав плечами, Джулия спросила:

— Тогда я никак не могу взять в толк — что же тебя сдерживает?.

Гарри понуро молчал.

— Что заставило тебя так круто переменить решение, Гарри?.. Неужели ты не можешь понять, что Мейсон совершенно невиновен, что его просто подставили… Подставили эти проходимцы Лили Лайт и ее любовник. Этот самый Генри Джакоби… Надеюсь, мне ты веришь?..

— Верю… — чуть слышно, одними только губами прошептал Брэфорд.

— Тогда в чем же дело?

— Понимаешь ли, Джулия, — начал он заплетающимся языком, — я недавно говорил с одним человеком, и он мне сказал…

Прищурившись, Уэйнрайт быстро перебила его:

— С одним человеком?.

— Ну да…

— И что же сказал тебе этот человек?.."

"Задав этот вопрос, Джулия вопросительно посмотрела на своего собеседника. Тот молчал.

Тогда Уэйнрайт вновь повторила свой вопрос:

— Что же сказал тебе этот доброжелатель?.. Что молодой и порядочный человек, вроде тебя, должен, зная важные обстоятельства этого дела, оставаться в стороне?.. Когда подсудимый, который, по сути, невиновен, может попасть за решетку?.. Кстати, знаешь, что может ожидать Мейсона, если жюри присяжных признает его виновным?.

Гарри наконец‑то поднял на нее глаза.

— Что?..

— Пожизненное заключение — вот что. А минимум — лет десять или пятнадцать строгой изоляции… Интересно, как ты будешь чувствовать себя после этого?.. Будешь ли спать по ночам, сможешь ли прямо и открыто смотреть в глаза СиСи, Идеи, Крузу…

Вновь стыдливо опустив взгляд долу, Гарри виновато изрек:

— Извини… Но я никак не могу этого сделать, Джулия…

Та спросила резким тоном:

— Это еще почему?.

— Потому… Потому, что это может… — пролепетал Брэфорд и тут же умолк.

Вид у него был очень удрученный.

По всему было заметно, что теперь в нем борются два противоречивых чувства: совестливость, чувство долга и чувство вины перед Мейсоном и его адвокатом, и какие‑то свои соображения…

Но какие?..

Джулия за время знакомства с Гарри неплохо изучила его.

Она знала, что Гарри, как никто другой, подвержен чужому влиянию, и потому поняла, что эти соображения Брэфорду вполне мог кто‑нибудь внушить…

Но кто же?..