Седьмая жертва

– Кошек куда девать? – переспросил сосед и с неожиданной злостью ответил:

– На помойку отнести, им там самое место. Впрочем, – он неожиданно улыбнулся, – не обращайте внимание, это я ворчу. Мой Агат терпеть не может кошек, вероятно, я от него заразился этой нелюбовью. А вообще-то они забавные существа, очень милые. Ну, всего вам доброго, дорогая. Не простыньте на ветру.

Он вошел в подъезд, и Ира с недоумением поглядела ему вслед. Надо же, оказывается, соседушко Котофеич способен на злобные выпады. А с виду не скажешь, такой милый человек… Милый-то он милый, а вот двери в квартире запирает.

Ей снова стало неприятно и тревожно, но в этот момент подъехал Михаил на такси.

ДОЦЕНКОКогда Ира назвала адрес, по которому следовало везти кошек, Доценко про себя чертыхнулся. «Кошатник» жил в центре Москвы, в том же районе, что и Фирсова, буквально на соседней улице. Это ж надо было забрать здесь кошек, потом переться в такую даль, в Бутово, чтобы встретить Иру, и потом ехать обратно. И почему он, дурак, сразу у Иришки не спросил, по какому адресу живет этот «кошатник»! Можно было бы договориться совсем по-другому, и время сэкономить, и деньги.

Михаил не был жадным, но милицейская зарплата, как известно, к излишним тратам не располагает.

Специалист по кошкам Александр Казаков встретил их приветливо и радушно.

– Проходите, проходите, сейчас мы посмотрим ваших кошек, – приговаривал он, забирая у Доценко сумку-переноску. – Может быть, они больны, тогда я сначала оставлю их у себя, подлечу, приведу в порядок, потом подумаем, кому их пристроить. Ох, какая ты красавица, ну иди ко мне, иди, моя хорошая, иди, моя лапушка. Вот так!

Он ловко извлек из сумки одну кошку, оставив остальных в переноске.

Доценко хотел вытащить их, но Казаков жестом остановил его.

– Не могу рисковать, пока не посмотрю их, – пояснил он. – Пусть пока побудут в изоляции, у меня ведь в квартире не только свои кошки, но и чужие, я за них отвечаю.

Квартира у Казакова была небольшая, но уютная. Доценко обратил внимание на огромную библиотеку – книги занимали здесь все пространство, оставляя лишь самые минимально необходимые углы для мебели. Мебель, кстати, была не новой, хотя и не ветхой. Во всем чувствовалась крепкая хозяйская рука, аккуратная и заботливая. И даже кошками в этом доме отчего-то не пахло совсем.

Осмотр первой кошки прошел быстро, девочка оказалась здоровенькой, хоть и немолодой. Взяв в руки второго питомца покойной Серафимы Антоновны, огромного раскормленного рыжего кота, Казаков поставил его на стол под лампу и присвистнул:

– А мы знакомы с тобой, дружочек. Вот это твое рваное ушко я сам лично зашивал, еще когда в школе учился, а ты тогда был шестимесячным котенком.

Экий же ты вымахал огроменный, я б тебя и не узнал, если бы не ухо.