Секретные поручения 2. Том 2
Денис Петровский, офицер органов безопасности, работающий по программе борьбы с коррупцией в правоохранительных органах. Он раскрыт коллегами, ему приходится вести уголовное дело против самого себя. Вдобавок, расследуя обычное бытовое убийство, он выходит на шпионскую сеть, пытающуюся добыть секрет новейшего оружия…
Здесь главный вопрос: зачем Петровскому все это понадобилось – убивать своего непосредственного начальника, прокурора, марать руки о какого-то прибандиченного Курлова? С чего это зеленый пацан, вчерашний студентишка, на такое решился? Нет, сам бы он ни в жизнь не додумался влезть в такое говно… Ответа на главный вопрос Александр Петрович не имел. То есть он догадывался, он ясно различал мерцание разрядов и чуял серный запашок Конторы… Линия противодействия спрямлялась, и уже не Петровский был на дальнем ее конце, а – мощная организация с острыми клыками и длинными безжалостными лапами. Против Конторы Александр Петрович выступить в открытую не мог. Да и не хотел: незачем. Просто у него в руках оказались факты, которые при случае можно выгодно обменять. На что-нибудь очень важное и полезное. Вот это будет выгодная сделка, тут ничего не скажешь…
В конце концов, ведь день только начинается. Коекто еще даже не проснулся, а он, Курбатов, уже мчится через город во всеоружии.
* * *Всю неделю Жданкова чувствовала себя несчастной. С завода, где муж работает, позвонили доброжелатели: бейте тревогу, принимайте меры – пьет, не отходя от станка, на днях вот чуть руку не отхватило прессом. А еще с кладовщицей на складе метизов после работы запирается, и что он там с ней делает – непонятно. Жданкова всю эту галиматень выслушала, поплакала, приняла сперва валидолу, а потом и меры, конечно. Ввалила ему так, что у самой руки чуть не поотваливались.
И с тех пор все наперекосяк. В эту пятницу у одной из новеньких вертухаек, у Машки Русиной, был день рождения. В конце дня накрыли хороший стол в красном уголке: курица жареная, мясо запеченное, шпроты, печень трески, коньячок, водка, шампанское, а главное – пирожки домашние с картошкой, капустой да печенью, – вкусные, румяные, поджаристые. Ребят тоже пригласили для веселья, короче, почти вся дежурная смена собралась – и с мужского блока, и с женского. Все голодные, накинулись на эту вкуснятину да на выпивку: кто чего хочет – выбирай, пожалуйста, такое редко бывает!
А Жданковой не повезло: только два пирожка съела да рюмку коньяка выпила, а тут ее сразу вызывает Сирош. Идет, а ее качает – в голове туман, будто пьяная. А с чего? С рюмки коньяка?
В кабинете у Сироша сидела незнакомая молодая женщина.
– Это Регина Петровна, общественный защитник Алины Сухановой, – почтительно сказал Валерий Иванович. Хотя никакой он не Иванович, а Гургенович, это все знают. Ну да дело его, как себя называть, это никого не касается.
– Так она ж, Суханова, сроду нигде не работала, – заметила Жданкова.
