Семь снежинок на ладони

– Нигде! – улыбнулся он и протянул здоровую руку.

Мы сбежали вниз, но вместо того, чтобы сразу выйти в святилище, Рауль прижал меня к стене и поцеловал.

Это было неожиданно.

Раньше супруг чётко разделял ночные развлечения и дневное времяпрепровождение, где был он со своими важными делами и я со своими глупостями. В темноте чердака границы нечаянно стёрлись, и я представить себе не могла, куда нас теперь занесёт порыв герцога.

– …и слава Годину! – Из-за двери в святилище послышался приглушённый женский голос, а потом негромкий стук двери.

Я прислушалась.

Раулю это не понравилось, и он хотел что-то сказать, но я приложила палец к губам. Неужели ему не интересно, о чём говорят за его спиной? Даже если не о нём, всё равно же интересно!

Он скорчил недовольную физиономию.

– …Она б чаго только не отчубучила, ежли бы Фройя-заступница милостью одарила! – продолжал говорить тот же голос.

Вообще-то я ничего бы не «отчебучила»! Даже несмотря на то, что даром меня боги наделили, даже не знаю, кого тут благодарить. Думаю, Лохи тут больше при делах, чем его супруга.

– Во-во! Ховорять, мать в мохилу свяла. Хозяину холову заморочила… – поддержал другой женский голос, и я уже пожалела, что не дала Раулю открыть рот. Слушать такое было неприятно. И слово «неприятно» даже близко не отражало всей глубины моих чувств.

Герцог, видимо, разделяя мои эмоции, двинулся корпусом к двери, но я жестом остановила его.

Самое гадкое уже сказали, что теперь-то руками махать? Можно спокойно дослушать. Чтобы быть во всеоружии.

– И вродь как никто ничаго не знаить, – продолжила вторая селянка.

– Дык, теперича-то ужо чё? – подвела итог первая. – Нам до това делов нету!

Вот и молчали бы!

За дверью снова стукнула дверь, и всё стихло.

– И как, не пропало желание помогать простому люду? – ухмыльнулся Рауль.

– Неведение плодит слухи, – возразила я. – Я тут появилась внезапно и ниоткуда. Обо мне ничего не известно. Вот люди и додумывают, кто что может.

– Ты правда так думаешь или просто хочешь произвести впечатление? – саркастически поинтересовался супруг.

Недолгое потепление в отношениях вновь сменилось ледяной стужей.

– Если вы не возражаете, я хотела бы пройти в покои, нэрр Рауль. – Я вывернулась из-под здоровой его руки, которой он упирался в стену. – Жарко.

Эльдберг тут же меня догнал.

– Я не хотел тебя обидеть. – Это, конечно, не извинение, но всё равно приятно.

– Да? – не поверила я.

– Мне действительно было интересно: думаешь или делаешь вид?

– И?..

– Похоже, думаешь.

– Я всегда думаю! – возмутилась я.

– Никто не может думать всегда. Ночью, например. – Он с намёком изогнул бровь.

– А что «ночью»?! – Я смутилась, но не собиралась так запросто сдаваться.