Семь снежинок на ладони

За спиной Рауль выругался словом, значение которого мне знать не полагалось, и стук сапог под пустыми сводами подсказал, что герцог направился за мной.

Я мчалась вперёд. В самом конце коридора я чуть замешкалась, пытаясь понять, куда же мне нужно, и дёрнула на себя последнюю дверь.

Там лежал мужчина.

Прямо на полу.

И он задыхался.

Лицо его побагровело. Он пытался сделать вдох, открывая рот, но безуспешно. Я бросилась к нему, присела, но совершенно не понимала, как помочь.

– Что здесь происходит?! – рыкнул Рауль, возникший на пороге.

На лице неизвестного промелькнуло узнавание. Он попытался поднять голову, что-то промычал и потянулся рукой в сторону герцога, но конечность не послушалась и бессильно упала.

– Он умирает, – произнесла я очевидное, и понимание этого заполнило меня чёрным, вязким отчаянием.

– Кто он?

– Не знаю! Я не знаю, кто он. Рауль, но ты обязан его спасти! – Я заломила руки, чтобы избежать резких жестов.

– Сейчас позову на помощь. – Супруг повернулся в сторону выхода.

– Рауль, он не доживёт! – Я дёрнула мужа за рукав. – Ты же можешь! Твоя мама обладала целительской магией!

На лице супруга читался скепсис, но всё же он шагнул в ложу и опустился на пол перед несчастным. Наверное, тоже понял, что это единственный шанс. Мужчина внезапно забился в судорогах, и его глаза закатились.

Рауль чуть задержал трясущиеся руки над умирающим, будто не понимал, что делать дальше, а потом рванул в стороны ворот сорочки. По полу с тихим стуком раскатились дорогие пуговички. Супруг уложил руки на обнажившуюся мужскую грудь и сомкнул веки.

Ничего не происходило.

В повисшей тишине вдруг стало слышно тоскливую музыку и рыдания героини на сцене. Тело на полу обмякло, и я боялась спросить: бьётся ли сердце?

В этот момент за дверью послышались шаги.

И вот теперь я испугалась по-настоящему.

Куда я привела мужа? Что подумают о нём, если обнаружат склонившимся над мертвецом?

Что с ним будет?!

Что будет с нами?

Судя по тому, как на глазах побледнел Рауль, он пришёл к тем же выводам."

"В звенящей тишине дверь распахнулась, и на пороге возник мужчина. Он опешил в растерянности, а лицо мужа расслабилось. Я тоже его узнала: это был секретарь Эльдберга.

Ной Херберт приветливо улыбнулся, а в следующий момент он вскинул обе руки, и из них что-то вылетело в сторону герцога. Тот перескочил за кресла, а там, где он только что сидел, бархат был рассечён ледяными лезвиями.

Все части головоломки встали на место. Но почему-то радости от разгадки я не испытала.

Я вжалась в стену, стараясь с нею слиться, но, к счастью, секретарь не обращал на меня внимания. Видимо, считал, что я не представляю для него опасности.