Семь снежинок на ладони

Он стоял в вольготной позе и разговаривал с каким-то подтянутым мужчиной, виски которого были изрядно припорошены сединой.

– Дорогая, познакомься, это мой учитель, нэрр Улле Эрлинг, – радостно заулыбался Рауль. Радостно и очень открыто. Этому суровому мужчине мой муж полностью доверял.

– Бывший учитель, – поправил его собеседник.

– Учителя бывшими не бывают! А это моя драгоценная супруга Эмилия, – представил меня муж.

– Очень приятно! – Эрлинг потянулся к моей перчатке и запечатлел над кистью поцелуй, но острый взгляд прошёлся по мне сверху вниз, не выпуская ни единой детали.

Молчание прервал звон колокольчика.

– Нэрр Улле, приятно было вас встретить, мы пойдём, – завершил разговор мой супруг.

– До свидания, – присоединилась я к прощанию.

Антракт подходил к концу, а у меня накопилось, что высказать дорогому муженьку.

Я изобразила самую обаятельную из всех моих улыбок, приняла локоть мужа, и мы направились в сторону той самой портьеры, где буквально только что сформировалась неприятельская коалиция.

Мне следовало предупредить Рауля об угрозах бывшей. Но как я могла начать разговор? «Дорогой, до знакомства с тобой я пообещала некой неизвестной особе, что не буду претендовать на твоё сердце. Но теперь я передумала. А она – нет. Поэтому твоя театральная подст… – прости, знакомая! Бывшая знакомая. Так вот, я случайно подслушала, что она что-то имеет против тебя». Как я могла завести такой разговор, если слово «любовница» – из разряда тех самых слов, которые вроде как есть, но приличная нэйра их знать не должна?

Я решила зайти издалека:

– Дорогой, я хотела тебя спросить: как тебе представление?

Рауль недоумённо на меня посмотрел. А что? Я же официально не знаю, что мой супруг и Вилли – одно и то же лицо? Отчего бы не поинтересоваться?

– Хорошая пьеса, – быстро ответил он, видимо, придя к тем же выводам.

– А игра актёров?

Мы вошли в ложу, и зазвенел третий колокольчик. Свет в зале стал гаснуть, высвечивая лишь угол сцены, в котором мы видели злобного Лохи, склонившегося над колыбелькой. Он сыпал проклятьями в адрес неверной жены и «мерзкого отродья». Признаться, я с трудом сдерживалась, чтобы не подпалить кулисы. А где ты был сам со своим детородным отростком и почему твой супружеский долг твоей жене отдавал чужой мужчина?

– А тебе? – ушёл от ответа Рауль.

– Лохи очень правдоподобен! Прямо как настоящий! А как тебе Фройя? – вернула я себе инициативу в разговоре. – Как ты вообще к ней относишься? – Я сделала короткую паузу и пояснила: – Как к актрисе, конечно."

"– Конечно, – повторил за мной супруг. – Эмилия, ты сплетен понаслушалась? – встревожился он.

– Каких сплетен? – уточнила я.

На душе стало гадко и тревожно.

– Каких бы то ни было. Про эту Свею.

– А что про неё говорят?..