Семь снежинок на ладони

 – Вы меня так напугали!

– Разве этого недостаточно?! – По лицу нэрра читалось негодование.

– Мой супруг жив, здоров, талантлив и знаменит. Что же в этом такого ужасного?

– Но ведь это театр! – На последнем слове нос Эрлинга презрительно сморщился. – Это же от Фрейн!

– У каждого от рождения свой дар, – попыталась я воззвать к здравому смыслу. – Вот у вас какой?

– Огненный! – с гордостью произнёс Эрлинг.

– А какой дар лучше: огненный, ледяной или воздушный? – забросила я приманку, но нэрр на неё не клюнул.

– Это другое! – возразил он. – Это благородные стихии!

– А чем они другие?

– Их можно использовать в бою!

– А. То есть с их помощью можно убить человека?

Эрлинг замешкался с ответом, зато спина герцога расправилась.

– Так маг с даром Фрейн тоже способен убить, – напомнила я. – И словом можно ранить и излечить. В общем, я не вижу повода для расстройства. Особенно если муж оказался Вилли Сказкаардом.

– Твоя тринадцатая жена очень мудра, – вдруг признал учитель моего мужа. – Очень жаль, что…

– Нэрр Улле, я не собираюсь разводиться с Эмилией. Я люблю её и намерен остаться с нею вопреки всему.

Я поймала в полёте свою челюсть и с трудом поставила на место. А вот сердце отказывалось вставать. Оно прыгало вверх-вниз.

…Рауль меня любит?

Меня?

Или он это просто сказал, чтобы защитить перед учителем?

Но даже если защитить, всё равно это было очень, очень ценно!

– Ну… – как-то недовольно, мне показалось, промычал Эрлинг.

– Нэрр Улле, неважно, какой дар проснётся у моего ребёнка, – продолжил муж. – Неважно, кто это будет, мальчик или девочка. Ну правда, чего мне бояться? Будут обо мне болтать чуть больше или чуть меньше – существенная ли разница?

Всё сказанное супругом меня невероятно радовало. Я только не поняла, к чему оно было сказано?

– Эмили, я должен признаться, что перед отъездом из замка давал тебе зелье для зачатия наследника рода, – повинился герцог. – Но выяснилось, что оно на тебя действует неправильно."

"Совсем недавно я вообще не собиралась обзаводиться детьми от Рауля Эльдберга. Но теперь мне стало обидно, что кто-то считает наших будущих детей недостаточно… правильными. Подумаешь, зелье не действует! Чтобы ребёнок унаследовал дар Рауля, нужно просто чтобы он любил меня чуть сильнее, чем я его! И тогда наследник получит дар отца.

А если я буду любить его столь же сильно?

Если ребёнок получит не тот дар отца?

Если ему достанется какой-то из моих даров?

Одно я знала наверняка: я буду защищать наших детей, как…

Как мама Рауля.

И как моя мама.

И буду их любить, как люблю своего мужа.

Может, даже чуточку сильнее.

Но я не знала, как сказать всё это супругу.