Семеро Тайных

Девушки, бегите в палаты, быстро приберите. Пусть Твердохлеб приготовит стол для гостей.

Служанки унеслись по золотой дорожке, а когда их скрыли высокие кусты роз, она вопросительно посмотрела на Олега, старательно обходя взглядом Колоксая. Это было трудно, ибо он и коленопреклоненный был почти вровень с нею, но ее темные глаза замечали его не больше чем дерево.

— Добро, — сказал Олег. — Мы в самом деле проголодались. Яблоки — какая еда?

Ее лицо дернулось, Олег подумал, что у красивой царицы-волшебницы теперь на всю жизнь останется оскомина даже на сладкие груши.

"

"Деревья расступились, открылся простор, далеко впереди блистал как драгоценный камень сказочный дворец. К нему вели уже не дорожки из золотого песка, а широкие каменные плиты из серого гранита. На сотни шагов во все стороны землю прикрывали эти отесанные глыбы, плотно подогнанные, одинаковые, дальше зеленели деревья.

Олег горестно вздохнул, во дворе прогуливаются кучками разряженные бездельники, молодые бояре, всяк с утра здесь, старается обратить на себя внимание, сюда же мамки выводят девок, дабы ловили знатных женихов, вон их красные рожи, а молодые бояре все разом повернулись, смотрят, стараясь понять, кто же эти двое рядом с царицей.

..

Колоксай шел, не отрывая влюбленного взора от царственной Миш. Пару раз споткнулся на ровном месте, Миш брезгливо оттопырила губу. Бояре заметили чужаков, один из старых кивнул крупному молодому великану, что стоял за его спиной, он отступил и удивительно незаметно для такого крупного парня исчез.

Молодые смотрели настороженно, враждебно. Олег чувствовал их ощупывающие взоры. Его пока что во внимание не принимали, но Колоксая возненавидели сразу и крепко.

Чересчур красив, просто непристойно для мужчины быть таким красивым.

Колоксай двигался как во сне, снова споткнулся, кто-то хихикнул. Толпа расступалась, царице кланялись, но царица против обыкновения шла быстрее обычного, расступаться не успевали. Колоксай одному наступил на ногу, другого задел плечом.

Молодой красивый боярин, широкий в плечах, весь кровь с молоком, румянец — во всю щеку, крикнул срывающимся голосом:

— Что за невежа!..

Колоксай быстро повернулся:

— Это ты мне, червяк?

Боярин вскипел, но в глазах вспыхнула радость:

— Вы видели?.

. Все слышали? Он оскорбил меня!.. Я имею право вызвать его на честный бой! А он, ежели не трус, не может отнекиваться!

Миш спрятала довольную улыбку. Толпа разом образовала кольцо, добровольные помощники мигом оттеснили толпу, очертили круг, за который не могли переступать поединщики, а в сажени от него еще один, за которым должны стоять зеваки, а буде кто перейдет, да примет суровую кару.

Боярин радостно расправлял плечи, выпячивал грудь.