Семеро Тайных

Каждый из великих колдунов, а таких не так уж и много, уже расширил свою власть на все земли, до которых смог дотянуться. И расширял бы дальше, но там уже было захвачено другими колдунами. И каждый ревниво не пускает другого. И тогда началось сперва давление один на другого, прощупывание мощи, а потом и попытки уничтожить... Сейчас каждый колдун дышит ненавистью к соседям. Но каждый в своем замке, норе или в горах неуязвим, ибо укреплял все вокруг себя не один год. Как говорится, дома стены помогают. Даже если стены из глины или болотной воды.

— Разве такие есть?

Беркут посмотрел с интересом:

— Не знал? Пожалуй, пора тебе пообщаться и с такими.

Может быть, дурь пройдет. Если же нет, то тебя начнут принимать серьезно.

Что-то в голосе могучего чародея насторожило Олега:

— Это как?

— Начнут опасаться, — объяснил Беркут. — А у нас, сам понимаешь, кого опасаешься, того бьешь первым. Из-за угла, из-за стены... у колдунов нет правил чести, как у тупоголовых воинов. Правда, застать колдуна врасплох почти невозможно. Да и не покидают своих нор, где, как я говорил, им стены помогают.

— Это все говорят, — сказал Олег, было горько и стыдно, что уцелел пока что лишь потому, что никто его не считает хотя бы чуть-чуть опасным.

Так, дурачок... Только что слюни не роняет, в соплях не путается. Зачем такого обижать, он уже богами обижен... — Но что же делать? Что делать?

Беркут хмыкнул:

— Кто виноват и что делать — два вечных вопроса чародеев... Ладно, меня ты почти убедил. Всех колдунов в мешок, а я — сверху! Такое объединение принимаю. А сейчас давай я тебя отошлю к чародею, каких ты еще не зрел! Только не подпрыгивай. Ишь, подумал... Я вижу, что подумал.

Ты же мечтал побывать у настоящих чародеев? Тебе и так повезло. Другой за всю жизнь одного не увидит. Поговори с ним, ладно?

— Я, — прошептал Олег, он боялся верить удаче, — я скажу все, чтобы убедить!

Беркут буркнул:

— Ну-ну. Стань вот там. Нет, лучше сядь. Задержи дыхание...

— А как же тот, другой?

— Мне это не нужно, — отмахнулся Беркут с великолепным высокомерием. — Я силен по-настоящему!.. Закину хоть на другой конец Артании. Даже в Куявию могу, понял?

Олег шагнул из сухой полутемной пещеры Беркута прямо в мир распыленной горячей воды.

В клубах пара угадывались изогнутые, как в корчах, стволы деревьев, какая же сила их так скрючила, в горло сразу хлынул горячий туман, закашлялся, стиснул челюсти.

Волчовка отсырела, в сапогах чавкало, хотя еще не сделал шага, только переступал с ноги на ногу. Волосы намокли и свисали сосульками. Крупные капли повисли и на щеках, ползли по шее, а между лопаток пробежала струйка неприятно теплой воды."

"Оглянулся, но вместо убежища Беркута, с его холодным сухим воздухом, за спиной уже лес, странный и причудливый.