Наизнанку

Марина-холестерина, Марина-гемоглобина, Марина-мочевина.

— Знаете, что?!

— Что?

— Марк…Марк, — черт, да какое у него может быть прозвище?! Мозг, включись!

— Что? Нема прозвища? Ай-ай-ай.

— Марик х*ярик! — я что произнесла это вслух?!

— Не ожидал от тебя.

— Простите, оно само вырвалось. Не знаю, как так.

— Да ладно, Мариша, с кем не бывает, ты аж побледнела. Слушай, раз я уже ху*рик, так может перейдешь на ты, а то я как-то не привык во время секса на вы."

"— У нас с вами его еще нет, к тому же это неправильно, мы работаем вместе, так что не надо ничего смешивать. Для меня вы Марк Михайлович.

— Ладно, Марина-холестерина, пойдем немного выпьем, тебя нужно расслабить, а то как камень, ей Богу. Или ты качаешься? Что там у тебя вместо талии?

— Вот как снимете с меня комбинезон, может и узнаете.

— А там еще один комбинезон, и еще один. Или нет, там раз трусы, два трусы, три трусы, какие-нибудь бабушкины, да? Или что ты там мне приготовила? Не думаешь же ты, что я повелся на то, что все будет просто?

— Нет, просто никогда не бывает. Но на мне одни белые хлопковые трусы, простые, конечно, но не бабушкины.

— Так в чем подвох, Марин? — вполне серьезно спрашивает он, наклоняясь к моим губам.

— По плану после секса я вам должна насыпать в трусы горчицу и снять на камеру то, как вы будете бегать голозадым по квартире, а потом это видео выложить в интернет или шантажировать им вас.

— А что-правдиво.

— Да, но сейчас передумала, это слишком жестоко, мало ли еще яички спекутся и того.

— Что того? — ну зачем этот гад мне подыгрывает?!

— Того, яички спекутся и превратятся в омлет. И детей у вас тогда не будет или они у вас уже есть и вам не так уж это и важно?

— Нет, спиногрызов не имеется. Я тщательно подхожу к выбору презервативов, — кладет руку мне на плечо, чуть сжимает и ведет в гостиную.

— Тщательно, это как? Сразу два или больше надеваете? — Марк, странно называть его в голове по отчеству, но все же Михайлович, резко останавливается и смотрит на меня так, как будто я уже подсыпала ему слабительное. — Что вы на меня так странно смотрите?

— Вот ты знаешь, теперь я на сто процентов уверен, что ты никогда не занималась сексом.

— Откуда такая уверенность? Это плохое качество в человеке, Марк Михайлович, — вряд ли он меня сейчас слушает, просто берет за руку и ведет на кухню. Достает из-под раковины резиновые перчатки и дает их мне.

— Надевай.

— Зачем? Вы позвали меня мыть посуду?

— А ты думала сразу трахаться? Надевай давай, — что этот кретин хочет я не очень понимаю, но, если что, моих пальцев не будет на месте преступления, что тоже определенно является плюсом. Надеваю перчатки и включаю воду.