Сердце химеры

Всхлипнула и затихла."

"– У тебя все равно еще нет кинжала, – продолжила Ида. Голос звучал так, словно она говорила, уткнувшись во что-то мягкое и плотное, видимо, в плечо чье-то, укутанная в объятия. – Ошейник не снять. Нам чуть-чуть времени не хватает. Главное, что ты на свободе. А Нари умница. Она все понимает, она справится обязательно! Ты тоже рядом, хоть она этого и не знает!

Нари улыбнулась: какие все-таки необычные в последнее время ей снятся сны. Хотя Ида еще ни разу не назвала имени своего собеседника, но Нари чувствовала его каждой клеточкой тела. Керин. Кер-Рин.

Любимый. На самом деле его здесь нет. Он далеко-далеко, приходит в себя после ран. Но пусть сладкий сон не заканчивается!

Она услышала острожные шаги. Чья-то ладонь бережно коснулась волос.

– Моя девочка…

– Ты разбудишь ее, Кер!

Нари потянулась – пора просыпаться. Сейчас откроет глаза, и наваждение развеется, так всегда бывает, даже когда сон живой и яркий. Пустая комната, рассыпающиеся голоса, осколки грез…

Нари резко села в постели, чтобы одним рывком стряхнуть с себя дремоту. И закричала.

В центре комнаты стояла Ида в своем истинном облике.

А рядом с ней начальник стражи.

Глава 7

– Тихо, тихо, Нари, – начальник стражи поднял ладони. – Это я, Керин.

Нари подавилась криком. Керин? Здесь? Нет, неправда!

А лорд Бренгард между тем присел на краешек кровати и, стараясь не делать резких движений, расстегнул плотный ворот и вытянул наружу цепочку. Еще не снимая, приподнял на ладони оранжевый камень, опутанный тонкой сетью серебристой проволоки.

– Это амулет, который надежно скрывает мою истинную суть. Даже от тебя. Химеры не могут теперь удерживать чужую личину постоянно, но амулет позволяет это сделать.

Его принесли вместе с другими артефактами.

Керин медленно снял с шеи цепочку.

– Только не пугайся. Пришлось воспользоваться им еще и потому, что для начальника стражи я… несколько потрепан.

Керин, как обычно, старался отшутиться, преуменьшить вред, нанесенный ему, но едва амулет был снят, как Нари вскрикнула и сделалась белой, словно снег.

Лицо Керина сейчас представляло собой один сплошной синяк – багровые кровоподтеки на скулах, желтые, уже бледнеющие, вокруг глаз, переносица перебита, на шее чернели отметины от пальцев.

Нари даже представить не могла, какие следы ненависть Арена оставила на теле, сейчас скрытом одеждой. Керин показал свой истинный облик и собирался вернуть амулет на место, но Нари удержала его руку:

– Нет… Хочу смотреть на тебя…

– Это я, Нари, – повторил он.

– Что они сделали с тобой… – прошептала Нари, касаясь кончиками пальцев его скулы. – Что они сделали с нами…

– Так. Ладно. Хорошо, – сказала Ида, которая тоже побледнела, увидев брата, но держала себя в руках. – Она знает. Может, это и к лучшему.